Поднявшись на помост, испанец широко улыбнулся и, отвесив Сашке церемонный поклон, негромко сказал:
– Рад видеть вас в добром здравии, друг мой.
– Я тоже, – улыбнулся в ответ парень и, недолго думая, обнял испанца.
Фотографы, воспользовавшись моментом, занялись своим делом, и манеж осветили магниевые вспышки. Усадив Хуана рядом с собой, Сашка удивленно покрутил головой и, обращаясь к репортерам, сказал:
– Признаться, я не ожидал увидеть сеньора де ла Вегу в нашей стране, особенно если вспомнить, при каких обстоятельствах мы познакомились и сколько ему пришлось пережить.
Но я рад, что он снова здесь. Для меня это очень приятная новость.
– А разве господин де ла Вега не говорит по-русски?
– Он прекрасно владеет французским, как вы уже убедились, к тому же хорошо понимает турецкий. Так что, думаю, что с русским языком у него не будет никаких проблем.
– А на каком языке вы говорите с вашим дикарем? – протолкавшись вперед, ткнул карандашом в Нгосу очередной репортер. Судя по выговору, тоже иностранец. Что характерно, вопрос был задан на французском языке.
– Ну, кто тут дикарь, еще нужно разобраться, – усмехнулся Сашка. – Вот вы, господин репортер, на скольких языках говорите свободно? – произнес Сашка по-русски.
– На двух. Я в совершенстве владею английским и французским языками, – с пафосом ответил тот.
– А что еще вы умеете, кроме как строчить статейки? Стрелять, например, или водить автомобиль?
– Нет. Эти навыки мне не нужны, – фыркнул писака.
– Прекрасная позиция. Между тем Нгоса свободно говорит на трех языках.
Французском, турецком, арабском. Отлично стреляет и водит автомобиль. Кроме того, он умеет многое из того, что вы делать и не подумаете. И кто после этого из вас дикарь? – ехидно поинтересовался Сашка.
Покраснев, репортер скрылся в толпе. Дальше последовали вопросы не только парню, но и так вовремя появившемуся испанцу. В общей сложности эта говорильня продлилась почти три часа. А после нее господа дворяне отправились праздновать встречу.
* * *– Какими судьбами вы снова оказались здесь, друг мой? – спросил Сашка, раскуривая трубку.
– Я уж, грешным делом, решил, что ни за границу, ни тем более в море вы больше не отправитесь.
– Признаться, я тоже так думал, пока не оказался дома, – грустно вздохнул сеньор Хуан.
Они сидели в отдельном кабинете ресторана, где после совместного ужина баловали себя коньяком и десертом.
– Родина снова потребовала от вас службы? – чуть подтолкнул его парень.
– Увы, друг мой, – вздохнул испанец.
