После этого стараться не допустить бегства кого-либо из лагеря противника. Конечно, если побежит слишком уж много народа, в бой не вступать и постараться не отсвечивать. Мне их гибель совсем не нужна. Пусть лучше противник убежит, будет ещё возможность их перехватить, если повезёт, конечно. Есть вариант перехватить беглецов, срезав путь через лес, напрямую. Всё это разжевал очень подробно, надеюсь, что они меня поняли и глупостей не наделают.
Подготовка заняла, практически, всю ночь. Сложнее всего было справиться с пушками.
Ведь их надо было перетащить на новое место, не наделав при этом шума. Это оказалось очень непросто. Дошло до того, что лили воду на ступицы, чтобы избежать скрипа колёс. Они хоть и были обильно смазаны, а все равно поскрипывали. Политые водой, практически не издавали ненужных звуков. Правда, хватало ненадолго, но мы ведь и не торопились. Поэтому лили воду часто, не жалея."
"Атаковали мы перед самым рассветом. Всё началось, как и было задумано, с уничтожения охраны лошадей.
Правда, с той стороны прозвучал только один выстрел вместо пяти. Как потом выяснилось, четверо караульных нагло спали и их удалось взять в ножи. Одного выстрела с лихвой хватило, чтобы вызвать переполох в лагере противника. Дождавшись, пока, как можно большее количество врагов окажется на ногах, мы произвели залп из пушек. Картечь, выпущенная с полусотни метров по такой толпе — это страшно и очень губительно. Не могу сказать, сколько человек мы уничтожили этим залпом.
Много, очень много. Но, самое главное, в рядах противника началась паника. Она дала возможность перезарядиться и повторить залп. Кроме этого, ещё и взять в плен часть разбегающихся врагов. По крайней мере, тех, кто побежал в сторону лошадей или по дороге, обратно к тракту. Бойцы, когда к ним начали бежать паникующие французы, сначала встретили их огнём из ружей, а потом из пистолетов. После залпа из пистолетов кто-то из наших людей додумался орать по-французски, чтобы враг сдавался.
Это принесло свои плоды. Убегающие замешкались, услышав эти крики и залп со стороны дороги. Из-за этого дождались второго града картечи от вновь выстреливших пушек. После второго залпа осталось собрать выживших врагов в кучу. О каком-либо сопротивлении речь больше не шла. Мы победили.
Народ в предрассветных сумерках собирал трофеи и радовался одержанной победе. А из меня, как будто стержень вытащили.
