Двуликие. Лестница дьявола

Они боролись за него и достигли отличного результата – посмотрите, какой красавец, не парализован, чистая речь, незамутнённый взор. Память, да, пострадала. Врачи не боги. А на того, кто вообще не выполнил свою работу, я не буду сейчас показывать пальцем. Итак, что было потом с Валерой, мы представляем. Но что происходило накануне? И кто совершил преступление? Мне нужны помощники. Лизонька, открой, пожалуйста, фотографию записки и дай её мне. Спасибо. Проведём небольшой эксперимент. Вот тебе, Валера, ручка и бумага.

Я буду диктовать, а ты записывай. «Миленький дружбан дьявол! – начал медленно, по слогам читать Михаил Юрьевич. – Хочу похудеть. Отбери у Степановны все мои припасы». Что-то получилось?

– Что-то получилось, – усмехнулся Пришибленный. – Я сто лет не писал.

– Ничего страшного. Характерные черты в почерке остаются даже после пыток, – успокоил его легендарный следователь. – Теперь ты, Наденька, возьми любой лист со стола, где написано что-то от руки и покажи нам.

Никакая экспертиза не проводится на глаз, но сходство мы, безусловно, увидим. Почему? Потому что все три представленных образца написал один человек. Смотрите сами!

Документ, заполненный по линиям, в спокойной обстановке, накарябанная на стене надпись и кривые, как у второклашки, современные каракули не совпадали на сто процентов, но сомнений не оставалось – это писал Валера! В его почерке было много характерных подчёркиваний и завитков.

– Я не получал по голове, но, честно, пока ничего не понимаю! – признался Виталич.

– Сейчас, когда Валера сидит на диване, это уже не так уголовно с вашей стороны, – съязвил Михаил Юрьевич. – Итак, когда Валера ушёл из полиции, в тот день должно было почернеть небо и померкнуть солнце! Вы потеряли великого профессионала, очень наблюдательного и сообразительного сыщика, а главное – Человека с большой буквы! Разговорившись, Степановна рассказала нам одну важную, характерную черту Валерчика, как она его называет.

О, коллега, прошу цитату! – обратился он вдруг к Коляну.

– Бабушка сказала, что он с самого детства таким был: увидит, что кто-то в беде, – всегда поможет и удар на себя примет. Бесстрашный. Как будто сам бессмертный, – пролепетал Колян, не ожидавший, что на него обратят внимание.

– Спасибо. А информацию эту пока запомним.

– А чего запоминать, я и так знаю, – усмехнулся Виталич.

– Это хорошо, что помните, – многозначительно сказал Михаил Юрьевич.