Двуллер-2: Коля-Николай

Дежурный поверх пилотки имел дед-морозовский колпак и к нему со смехом приложил руку. Грядкин засмеялся в ответ.

– С наступающим! – прокричал дежурный им вслед.

– Сейчас… Сейчас я покажу тебе мое… наше жилище… – сказал Грядкин, роясь в кармане и одновременно радуясь тому, что слово «наше», кажется, не обидело ее. Тут он нашел ключ, отпер дверь и распахнул ее перед Ириной.

– Входи первая… – сказал он. – Только подожди – я включу свет.

Она вошла. Он включил свет. Она огляделась. Комнатка была квадратной и удивительно маленькой.

Из прихожей ей был виден диван. Когда разулись и прошли, оказалось, что еще здесь есть стол и небольшой холодильник. Шкаф заменяли гвозди, вбитые в стену – на них висела одежда. На стульях лежали книжки.

Ирина посмотрела на Грядкина. Он сиял.

– Ну да, не хоромы… – сказал он весело. – Но свой угол. Свой. Наш!

Она посмотрела на него и улыбнулась.

– Иди ко мне. Иди ко мне, Коля-Николай…

Глава 10

Грядкин потом пытался припомнить, как все у них было в первый раз, но оказалось, что не помнит.

Помнит, какая была музыка, помнит, что было потом, а вот сама суть, те события, которые были самые главные – нет. Все было как в тумане. Но это только в первый раз. А ведь было еще и продолжение. Так что уже к вечеру этого дня Грядкин казался себе бывалым любовником. Когда стемнело, они сели, наконец, за стол. Грядкин выставил то, что, как он считал, должно быть на столе в такой момент – шампанское, припрятанные цветы, свечи. Хрусталя на было, но прекрасно вместо него звенели и граненые стаканы – Прокопьев уже обучил Грядкина разным способам чокаться. Теперь Грядкин учил им Ирину.

Согретые шампанским, они пошли на улице гулять. Погода резко сменила гнев на милость: было тепло, и огромными хлопьями шел снег.

– Настоящий Новый год! – воскликнула она, ловя снежинки на ладонь. – Смотри, смотри, я поймала.

Грядкин, глядя на нее, цепенел от любви.

На следующий день они пошли к Прокопьеву. Ирина не больно-то и хотела, но Грядкин настоял – он с удовольствием вживался в роль семейного человека.

Прокопьев с женой усадили их за стол, переглядывались и от чего-то разрумянились, будто были на сватовстве. Прокопьев, хоть и заметил, что Ирина постарше будет Грядкина, но оценил ее редкую красоту и незаметно показал ему большой палец – молодец! После двух рюмок Прокопьев с женой, посмотрев друг на друга, без слов поняли, что думают об одном и том же – о том, как много прошло лет с тех пор, как и они были молоды.