Дагобер подхватил за плечи, помог добраться до охапки соломы на полу.
— Ты как? — выдохнул Рамон.
— Меня не били. Нож к горлу приставили и повязали."
"Рыцарь попытался сосредоточиться, получалось плохо. Надо спросить что-то важное… Где они вообще? Как здесь оказались? Сперва пили, потом… не вспоминалось, хоть плачь. Дагобер сказал «били» — похоже на то. Руки сами потянулись к перевязи, где кроме меча всегда был боевой нож — и не нашли ни того, ни другого. Значит, они тут не по доброй воле. Хорошо, «как попали» — подождет.
Что делать? Как же голова болит…
— Запомнил, куда нас везли?
— Нет. Мешок на голову натянули — и все. Знаю, что ехали долго, и вроде лес вокруг — ветками по лицу хлестало.
— Руки свободны?
— Что толку? Бревна в обхват и дверь такая, что тараном не вынесешь. Хорошо здесь строили, на совесть. — Маркиз усмехнулся. — Развлекся, ничего не скажешь.
Развлекся? О чем он? Измученный дурнотой разум отчаянно сопротивлялся. Сперва пили, потом… потом развлекаться поехали, точно.
Потом ничего не вспоминалось. Значит, скорее всего там их и повязали. Да уж, славно повеселились. Оставалось только надеяться, что не с бабы стащили, вот позорище было бы.
— Как выбираться будем?
— Никак. — Ответил Дагобер. — Я тут все осмотрел. Ну, доберусь до этой сучки…
— Так она тебя и ждет.
— Из под земли достану. Долго нам тут все равно не сидеть. Как только отец выкуп заплатит — найду суку и шею сверну.
— За меня некому платить. — Шевелиться не хотелось, открывать глаза тоже.
По правде сказать — и говорить не хотелось.
— Может, много не заломят.
— Может.
Запросить за пленника выкуп — святое дело. Правда, обычно пленных в бою брали а не по чужим постелям отлавливали, ну да не в том суть. Сын герцога, правящего окрестными землями, и граф. Не заломят, как же. За Дагобера отец заплатит, никуда не денется. А самому как быть? Матушка деньги не пришлет, после того письма, в котором стребовал долю Эдгара вообще отвечать перестала. А может, давно списала, как покойника.
Разве что Рихмер заставит, но на брата надежды мало. Хлодий, конечно, шкатулку с золотом откроет — но много ли там того золота? Замок далеко еще не стал доходным, и станет разве что к осени. Еще, может быть что-то осталось у Эдгара. Возвращать, конечно придется, но это другой разговор. Может, и получится наскрести сколько нужно. Подыхать в четырех стенах отчаянно не хотелось. Рамон выбросил гадостные мысли из головы: нечего раньше времени помирать.
