Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Это важно, ибо пытаемый должен рассказать тайну, о которой хочет знать хозяин положения, в данном случае – Алексей. И лохаг не стал медлить. Отдав карту подбежавшему Крису, он подошел к столбу. Эниэл смотрел злобно.

– Что сделал я тебе, что ты замыслил смерть подлую? Отвечай!

Молчит Эниэл. Алексей кивнул Селевку, как звали воина-умельца. Пару раз свистнул кнут, вскрикнул от боли Эниэл. Одежда на его спине превратилась в лохмотья, на коже вспухли багровые рубцы. Но Эниэл упорствовал. Алексей подошел ближе.

– Начнешь упорствовать, умирать будешь долго и мучительно.

Ответишь – умрешь быстро. Так что советуйся со своими богами, да побыстрее.

В каждой стране свои боги, иной раз – в каждом городе. Но была веротерпимость: верь в кого хочешь, но исполняй волю царя.

– Кто сообщники? Или сам – один – злодейство умыслил?

Эниэл молчал. Алексей направился в свою палатку, бросив Селевку:

– Если заговорит – позови.

Удары и вскрики доносились и в палатку, стены которой были выделаны из кожи, а изнутри подбиты мехом шакала.

В такой зимой тепло, не продувает ветер, летом не жарко, а осенью промасленная кожа не дает протечек. Жаль, занимает много места – половину повозки, если не больше.

Ближе к вечеру зашел Селевк:

– Не выдержал, умер. Ныне говорит с богами. С Хароном в подземном царстве. Куда его?

– Брось шакалам на съедение, он не достоин захоронения.

Воин так и сделал. Однако к утру трупа не нашли. Шакалы бы объели, обгрызли, но не утащили. Стало быть, нашелся доброхот, рискнувший приблизиться к лагерю, унести труп и захоронить.

А может быть, он был не один, с сообщниками.

После этого случая Алексей заметил, что воины лоха стали уважать его больше. Или побаивались?

Алексей же после завтрака засел за изучение карты на пергаменте. Карту явно рисовал грек. А может быть, только делал надписи на греческом. Идти от Библа на юг? Там уже разоренные Александром города – Сидон, Тир, Газа. Еще на юго-западе находится сдавшийся без боя Мемфис, столица Египта. На восток от Библа – уже завоеванные Дамаск и Иерусалим.

Последний Алексея изумлял. Основан он был за четыре тысячелетия до новой эры. Дважды разрушен до основания, двадцать три раза осажден, пятьдесят два раза атакован, сорок четыре раза завоеван – и каждый раз восставал из руин, как птица Феникс. Еще дальше Иерусалима – Вавилон, в котором уже правил сатрап, назначенный Александром. На север посмотреть, там Исса, в битве при которой участвовал Алексей рядовым гоплитом.