Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Исчез не один, с семьей и казной. Алексей не поверил. Царь и семья его сбежали, это вполне вероятно. Но казна? Это не пригоршня монет в мошне на поясе. Мог, конечно, приготовить заранее и вывезти на корабле в тайное место. Даже сундук золота двум крепким воинам не поднять, золото – металл тяжелый. Но заниматься розыском царского золота его никто не уполномочивал. Пусть Македонский отряжает своих людей.

Пробежали по комнатам, хватая ценную утварь. В царском дворце и утварь драгоценная, из золота и серебра. Один из воинов по приказу Алексея взял покрывало.

К нему сносили трофеи. Воин плющил ногой кувшины, чашки для щербета, светильники – так они занимают меньше места, а скупщику драгметаллов все равно. Трофеи принимают по весу. Кроме того, золотыми и серебряными изделиями можно было расплатиться в лавках за покупки. Алексей хотел, чтобы его трофеи не выглядели объемными, не вызывали зависть. Выберутся из дворца, куда уже набежало много гоплитов, поделят среди десятка. Когда узел был полон, двое гоплитов взяли его за углы. Вышли из дворца, зашли в переулок, где уже прошлись пехотинцы, судя по разбросанным вещам и трупам. Алексей посчитал воинов, разложил добычу на равные кучки. Потом сложил вместе две соседних, показал пальцем:

– Это мое! Несогласные есть?

Несогласных не оказалось. Весов не было, а на вид кучки одинаковые.

Разграбление Тира продолжалось три дня. Поскольку в штурме города участвовали только пехотинцы, то и трофеи достались им, македонянам и грекам. Всадники в штурме не участвовали и теперь завидовали.

Самая тягостная для Алексея процедура началась на четвертый день, когда по приказу Александра пленные тирийцы сами сколотили и установили по всему побережью небольшого острова кресты. На этих же крестах их распяли. Если Македонский не пожалел своих братьев на родине, прорываясь к власти, почему он должен был жалеть пленного противника. Очень жестоко, по мнению Алексея. Но об этом лучше молчать. Правители не любят критиков и недовольных.

Осада Тира длилась с января по июль 332 года до новой эры.

Июль – месяц жаркий, пе́кло смягчало море. А когда армия двинулась к Египту через Палестину, совсем туго стало. От палящего зноя и пыли, скрипящей на зубах, попадающей в глаза, не укрыться. На воинах шлемы и защита, пот течет градом. Спасались, набрасывая на себя белые тряпицы, смоченные водой. Кожа у многих покраснела и облазила от солнечных ожогов.

Войско вступило в земли филистимлян, библейского народа, веками воевавшего с жителями Иудеи.