Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Во втором поединке против него выставили грека из Мемфиса. Ростом ниже Алексея, но здоров, как критский бык. Бугры мышц, шея толстенная, бицепсы, что у Алексея бедра, вид устрашающий. А только волков бояться – в лес не ходить. Алексей точно знал: чем больше мышц, тем ниже резкость удара, а для кулачного боя это решающее качество. Грек медлить не стал, бросился сразу, осыпав градом ударов. Алексей удары на руки принимал, противник в какой-то момент приоткрылся, и Алексей прямым ударом в подбородок заехал, вложив в выпад всю силу.

Здоровяк замер, глаза пустые сделались. Постоял пару секунд, качнулся и рухнул навзничь. Воины из македонского войска заревели восторженно. Алексей победно вскинул руки. Пока дрались другие, он передохнул, перевел дух. Никаких раундов не было, бились до победы.

Через полчаса пришел черед Алексея. Бой финальный. Кто одержит победу, получит лавровый венок и монету. Противник – египтянин, смуглый до черноты, как негр. Одержав две победы, египтянин чувствовал себя уверенно. А еще поддержка земляков, те на разный лад кричали что-то.

Египетского языка Алексей не знал. Но явно подбадривали. Воины-македоняне тоже стали вопить. Шум поднялся изрядный, но быстро стих. Внимание всех приковано к площадке. Египтянин – сухощавый, жилистый, такие противники выносливы. Если бой затянется, противник его измотает и победит. Проигрывать перед Александром Алексею не хотелось. Египтянин ринулся в бой: один удар, второй, начал по корпусу. Удары чувствительные. Приоткрылся противник на секунду, и Алексей шанс использовал, ударил кулаком в гортань. Запретов на такие удары не было. Противник сразу рухнул. Зрители разочарованно молчали: зрелища не получилось, бой продлился от силы минуту. А потом засвистели, заорали македоняне. Бой короткий, но победил свой, а это главное. Александр встал, кто-то из свиты протянул ему венок лавровый. Алексей подошел.

– Ты хорошо дрался, Алекс!

Конечно, Алексей уже подзабыл, что Александр помнил по именам всех воинов своего войска. Но чертовски приятно.

Правитель венок на голову возложил, потом протянул монету:

– Можешь отметить с воинами свою победу.

– Великий, я оставлю монету, полученную из твоих рук, на память. Буду показывать детям, если останусь жив.

Алексей, вопреки своим правилам, подхалимничал, но Македонскому его слова явно понравились. Одно дело, когда поклоняются взятые на меч народы, другое – когда хвалебные слова исходят от воина его армии, прошедшего под его руководством не одну битву.