Отодвинув щеколду и распахнув дверь, оказалась практически нос к носу со своим опекуном. Он стоял, прислонившись к косяку, и отодвигаться не спешил. Наши взгляды скрестились. Мой испуганный, а его… даже не понять, в каком настроении он пребывал. Я замерла, не зная чего ожидать.
– Имеет ли твой побег сюда связь с теми намёками, что пыталась донести до меня целительница? – нейтральным тоном спросил он.
Мои глаза расширились, а щёки стал покрывать предательский румянец. Он разговаривал с целительницей?! Мне даже представить было противно, что она могла ему наговорить.
Неправильно истолковав мою реакцию, Харн с силой ударил кулаком в косяк, и я вздрогнула."
"– Нет, я и подумать не мог! Ну и что, что он не выставлял свои отношения и не демонстрировал любовниц. Никто даже не предполагал, что женский пол его не интересуют. Недаром проваливались все попытки подложить под него женщину. Но ты почему мне ничего не сказал?! – со злостью спросил парень, яростно сверкая глазами.
– Он тебе угрожал? Обещал защиту?
Я ошарашено смотрела на него, и когда осознала ЧТО он имеет ввиду, отчаянно затрясла головой. Да сколько можно?! О пристрастиях Тени даже думать не хотелось, но это объясняло его сдержанное поведение со мной. Какая ирония судьбы, ректор решил, что тот меня домогается как женщину, а Харн предположил, что тот проявляет извращённый интерес к парню, не догадываясь, что я женщина, и в этом плане Тень точно не интересую.
– Лоран! – зарычал Харн.
Я оттолкнула его, освобождая себе дорогу, и побежала в гостиную. После всех грязных намёков чувствовала себя вывалянной в грязи, несмотря на то, что только что искупалась.
Вбежав в гостиную, натолкнулась на обеспокоенный взгляд Гасса, который развёл руками, объясняя, что никак не мог меня предупредить. Действительно, видимо, привычно перемещаться он временно не может, а Харн засел в спальне. После уборки он отправил меня купаться, убедив, что за всем проследит.
Пока меня не было, окно в гостиной уже восстановили, и комната выглядела по-прежнему.
Знаками я объяснила Гассу, что мне нужен блокнот, и он подал мне сумку. Харн вошёл практически за мной, но, не обращая на него внимания, я яростно строчила в блокноте, а потом, вырвав лист, подошла к нему и впечатала ему в грудь.
– Если всё так, то почему ты убегал? – спросил он меня, оторвав взгляд от бумаги.
