– Терялась чистота крови и девочки рождались вообще без дара.
– Как же так получилось, что Золотой Клан обладал властью над всеми стихиями? – смущаясь, спросила Марта.
Сирена скривилась, как будто съела что-то кислое.
– Их больше нет, у нас не принято вспоминать об этом."
"– Я слышал, что после их… ликвидации многие надеялись, что сила Золотого Клана возродится среди дочерей сирен, – поддел Сандр. – Именно на этом сыграли тёмные, желая свергнуть Золотых.
– Как это?! – чуть ли ни в унисон спросили девушки, а вот сирена готова была разорвать оборотня, но быстро овладела собой.
С непроницаемым лицом она заявила:
– Их клан узурпировал власть. Многие были недовольны их правлением.
– Конечно, особенно когда перед каждым кланом замаячила возможность стать Золотым, – усмехнулся Сандр и пояснил нам: – Сила не исчезает бесследно. Все надеялись, что после уничтожения Золотого Клана она возродится в одной из дочерей сирен, и тогда она станет родоначальницей нового Золотого Клана. Но вместо того, чтобы обрести могущество, вы его потеряли, – уколол он сирену.
Несмотря на мою антипатию к сирене, поведение оборотня показалось мне невежливым. Злорадства от него я не ожидала. Мне показалось, что Миллисент ему понравилась. Неужели его оттолкнуло её высокомерное поведение? Она и правда держала себя как принцесса. Вроде бы и разговаривала наравне, но чувствовалось скрытое превосходство. Странно, но лишь со мной она старалась быть наиболее любезной, и это вызывало моё недоумение.
Её ответ оборотню был груб и ядовит:
– Вот уж не думала, что мохнатых интересуют наши внутренние дела.
Вы же грубая сила и в политику не лезете!
– Я бы не советовал говорить о нас с таким превосходством. Если бы вы потрудились изучить историю, то отметили бы тот факт, что именно сила заставляет с собой считаться, защищает, усмиряет недовольных и покоряет народы.
В словах Сандра прозвучала завуалированная угроза. Я не совсем поняла, на что он намекал, а вот Миллисент скрытый смысл уловила и вспыхнула.
Резко поднявшись, она разгладила несуществующие складки на платье и, сославшись на то, что у неё дела, удалилась. Правда, перед этим бросила на меня пристальный взгляд, как будто ожидая чего-то. Лишь после её ухода до меня дошло, что, скорее всего, она хотела, чтобы я её проводил. Будь на моём месте воспитанный молодой человек, он бы не отпустил её одну. Мои же манеры подкачали. В тот момент мне даже в голову не пришло, что от меня ждут соответствующего поведения.
