Причем делать немедленно! Не хочу я умирать в столь молодом возрасте, причем не по собственной вине, а из-за глупейшей самоуверенности какого-то там лорда, слишком много возомнившего о себе.
Мой взгляд неожиданно упал на напольную тяжелую вазу. Сейчас в ней красовался какой-то давным-давно засохший пыльный веник, видимо, цветы в этом доме было не принято менять.
Решение созрело в моей голове само собой. Я подскочила к вазе, рванула ее вверх, от страха даже не заметив ее веса. И с грохотом обрушила на голову врага!
С нежным звоном хрупкий фарфор разлетелся на множество осколков, и на Велдона хлынула зеленоватая и крайне дурно пахнущая жидкость.
Ага, стало быть, цветы в этой вазе некогда стояли в воде.
Громила, чье лицо густо облепила тина, удивленно обернулся ко мне, и я испуганно сжалась. Ой, неужели у него голова чугунная, раз ему ничего от этого удара не будет?
Но через мгновение глаза Велдона закатились, и здоровяк рухнул на Томаса."
"Я с облегчением перевела дыхание. Присела было перед лордом, намереваясь каким-либо образом вытащить его из-под тела врага.
Но опять вздрогнула, услышав злобный шепот спасенного мною в очередной раз мужчины.
— Ты что творишь? — приглушенно рявкнул он. — Аль, ты мне друга убила!
— Но он… — залепетала я, пораженная тем, что в голосе Томаса прозвучала искренняя обеспокоенность. — Но ты… Вы же дрались! И я, вообще-то, спасла тебя! Уже который раз! Мог бы и поблагодарить!
После чего обиженно задрала нос и встала. Вот ведь неблагодарный хам! Быть может, стоит напомнить ему, который раз я спасаю ему жизнь?
Томас между тем заворочался под Велдоном, безуспешно пытаясь выбраться.
Я с плохо скрытым злорадством наблюдала за его копошением, которое сопровождалось жалобными вздохами и стонами. Что, силенок не хватает? Худосочные, однако, ныне аристократы пошли!
— Помоги мне! — наконец, сдавшись, взмолился Томас, осознав-таки, что без посторонней помощи ему не справиться. — Аль, ну не стой дуб дубом! Мне уже дышать нечем под этим здоровяком.
Я покачнулась было к этой парочке, распластанной на полу, но в последний момент остановилась и пакостливо улыбнулась. Ну нет, так легко ты у меня не отделаешься, лорд Бейрил.
— Сначала пообещай, что больше не станешь называть меня «Аль», — потребовала, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более грозно.
Томас не ожидал, что я посмею выдвигать какие-либо ответные условия. Это было ясно по тому, что он замер, перестав дергаться под Велдоном.
