"
"Нам предстояло пересечь реку. Кажется, я уже говорил, что остров Хонам лежит напротив Кантона и достаточно велик — шестнадцать миль из конца в конец. Кое-кто, сказал Джаква, считает, что остров следует называть Хонан, как одноименную китайскую провинцию. Здесь обо всем существуют легенды, и та, весьма запутанная, что связана с Хонамом, повествует о некоем мандарине, который посадил на острове сосны из Хонана, чем вызвал снегопад. История выглядит неправдоподобной, но, я думаю, смысл ее в том, чтобы подчеркнуть разительный контраст между Кантоном и Хонамом, как будто принадлежащими разным провинциям.
Северный берег, где расположен Кантон, представляет собою уходящее вдаль невообразимое скопище домов, оград и трущоб, а вот Хонам, напротив, похож на огромный зеленый парк, изрезанный ручьями и речками, на берегах которых приютились скиты, питомники, фруктовые сады, пагоды и живописные деревеньки.
Наш путь лежал вглубь острова, куда мы добрались извилистой протокой. Миновав лесок, подплыли к причалу на илистом берегу.
Место выглядело совершенно безлюдным, но мы вышли из лодки и зашагали по петлистой тропинке. Наконец увидели длинную-длинную ограду в форме волны, где единственный вход выполнен в виде полной луны. Перед круглыми воротами посажены пушистые сосны и уложены необыкновенные серые валуны, которые поначалу принимаешь за муравейники, однако все их дырочки, щели и бороздки проточены не насекомыми, но влагой.
Пока мы стояли перед запертыми воротами, Джаква поведал, что имение Панхиквы считается великолепным образчиком южного стиля садового ландшафта.
Преисполненный надежд, милая Пагли, я, волнуясь, прошел через круглый портал и как будто очутился в некоем царстве, созданном безудержной фантазией. Я увидел извилистые ручьи, через которые переброшены горбатые мостики, пруды с островками, где расположились изящные причудливые строения всевозможных размеров: павильон на сотню гостей и ротонды на одного человека. Там поразительное разнообразие деревьев: гордые раскидистые великаны и чахлые карлики, будто пригнутые ветром.
На каждом шагу что-нибудь новое удивляет и радует глаз, словно сама природа избрала сей уголок для фантастических видов.
И я вдруг понял, почему китайские художники рисуют пейзажи на свитках — линейной перспективе не передать все чудо такого сада. На свитке же он раскроется, точно история, происходящая на твоих глазах, и ты почувствуешь себя ее персонажем.
Вот тут-то, дорогая Пагли, меня осенила идея, от которой я даже замер.
