Или когда для себя делаешь событие, идешь в маленький уютный ресторан… и за кружкой свежего пива терзаешь шашлык по-карски…
Совсем другое, когда сам же суетишься, готовишь, выкладываешь салаты позатейливее, застилаешь стол, раскладываешь приборы… чтобы через пару часов, все съев и выпив, начать мыть посуду и ликвидировать все следы торжества.
Глупо ведь, правда?
Можно было сесть на кухне, разогреть в микроволновке пиццу, откупорить по бутылочке чешского пива. И никаких проблем. Даже свечу можно было зажечь посередине стола, воткнув в пустой стакан…
Я носился из кухни в столовую, мимоходом замечая, как стараниями Маши стол приобретает торжественный вид.
Она и подсвечник где-то нашла, и салфеточки с веселым рисунком, и старинное мельхиоровое ведерко для льда… даже не знал, что у нас так много всяких ненужных вещей. Почетное место заняло блюдо с парализованной лососиной.
Не забыла Маша и пульт сигнализации, поставила рядом со своей тарелкой. Всегда на страже.
– Красиво? – полюбопытствовала Маша, когда я остановился передохнуть.
В длинном бордовом платье, с уложенными волосами, она стала гораздо симпатичнее.
А может, просто я присмотрелся?
– Угу… – Поколебавшись, я спросил: – Никого больше не ожидается?
– Нет, а что?
– Так…
Прямо хоть иди по соседним дачам, отлавливай кого-нибудь из старичков писателей или их лоботрясов-внуков и зазывай на ужин. Пусть оценят.
Так ведь нельзя. Деловые разговоры предполагаются."
"Лишь через полчаса мы уселись за стол. Для обеда было уже поздно, для ужина рано.
Я украдкой поглядывал на деда, уж больно забавно тот выглядел. Он сменил трикотажные брюки и свитер на старомодный костюм, белую рубашку и узенький, бывший, наверное, когда-то модным галстук. В таких одеждах пенсионеры ходят требовать повышения пенсии и бесплатного муниципального ремонта квартиры. Еще бы ордена на грудь… вот только не заслужил их дед. Никогда он не воевал. Ни в кавказскую кампанию, ни во времена крымского кризиса.
Может, потому до сих пор такой воинственный?
– Ребятки… – Дед откашлялся, покосился на меня, потом на Машу.
– Мальчики и девочки… давно вам было пора познакомиться…
Интересное начало.
– Двадцать пять лет я ждал дня, когда у человечества появится шанс, – продолжал дед. – Четверть века. Треть жизни. Готовился. И наверное, очень многие мои поступки были не слишком-то этичные… Но так было надо.
Он покрутил в руках стопку, покосился на бутылку лучшей московской водки «Старая столица».
– Сейчас, я чувствую, наш день настал.
