Джеймисон Майлз

Сейчас лишь чуткие Молли и Эрин помогают мне справляться с тоской, поддерживают, напоминая о том, зачем я вообще приехала в Нью-Йорк. А ведь было бы так легко, поджав хвост, сбежать отсюда домой.

– Будешь доедать? – Молли указывает на недоеденный бутерброд.

– Нет, – морщусь я. – Хочешь – бери.

– Просто забудь о нем, Эм, – вздыхает Эрин. – Ни один мужчина не стоит сердечной боли.

Я выдавливаю жалкую улыбку.

– Чувствую, что он вернется, Эрин.

– Ты все время об этом твердишь, Эм. Но где же чертов засранец? – интересуется Молли.

– Он просто… – Я пожимаю плечами, пытаясь подобрать нужные слова. – Сейчас немного потерялся.

– Нет, он всего лишь эгоцентричный мудак, – бросает она. – Скатертью дорожка. Радуйся, что избавилась от него.

Да, им легко говорить. Не они же потеряли любовь.

– Может быть, – печально вздыхаю я.

– Пойдемте, пора возвращаться. – Эрин встает. – Время обеда истекло.

Выйдя на улицу, мы шагаем обратно к зданию «Майлз Медиа», когда Молли вдруг замирает на месте.

– Черт возьми, – тихо бормочет она.

Нам навстречу направляется Джеймисон – безукоризненный, в уже привычном темно-синем костюме, – о чем-то увлеченно беседующий с идущей рядом женщиной.

– Он сегодня на работе? – хмурюсь я; понятия не имела, что Джей приехал в офис. Судя по всему, поглощенный разговором, он нас не замечает. – Эта женщина… – тяну я. Кто она? Знакомое лицо, хотя не могу ее вспомнить.

– Давай сюда! – Молли поспешно хватает меня за руку и тащит в сторону магазина.

– Кто же эта женщина? – размышляю я вслух, пока парочка подходит ближе.

В легких внезапно заканчивается воздух. Его бывшая… Он вновь вернулся к ней? В ушах бешено бьется пульс, земля опасно качается под ногами.

– Пойдем, ему незачем нас видеть, – настаивает Молли, снова хватая меня за руку.

Вырвавшись, я застываю на месте.

Оказавшись ближе, Джеймисон вдруг замечает меня и замедляет шаг, а после, стиснув челюсти, резко отворачивается и проходит мимо.

Смотрю ему вслед полными слез глазами.

Джеймисон останавливается посреди тротуара; я перестаю дышать.

«Обернись, посмотри на меня», – мысленно умоляю я.

Миг спустя они с женщиной уже шагают дальше и, не оглядываясь, исчезают за углом.

Грудь пронзает жгучая боль. Я понуро опускаю голову, изо всех сил сдерживая слезы.

Между нами все кончено.

В пятницу вечером, устроившись на сиденье арендованной машины, вглядываюсь в темную улицу. Я с головой погрузилась в расследование этого дела, хотя бы просто для того, чтобы отвлечься.