– Ты… прости, что времени тебе уделял не так много… поскольку винил свою усопшую жену, потом уже твою мать, что у меня так и не народилось наследника мужского пола. Но лишь сейчас, на самом краю… осознал… что не пол важен, а человек… И вижу, какая ты стала… просто замечательная. Оставить тебя одну в этом мире без защиты, где каждый друг другу волк… тоже не могу. Луиза позаботится о твоём благополучии, более положиться мне не на кого, – он говорил всё тише, а в моей душе поднималась буря негодования. Меня натуральным образом затрясло!
– Дедушка! Я сказала неправду! Не на источниках я была, Луиза сослала меня в монастырь на перевоспитание! – негромко, но твёрдо высказалась я, решив, что опека такой родственницы мне совершенно не нужна.
– Ты не представляешь, какие там условия… их просто нет!..
Вот только ответа не последовало: лорд Патрик ла Асолье уснул, я сначала испугалась, что испустил дух, но, внимательно прислушавшись, поняла, что она едва-едва, но дышит. Проглотив окончание своей речи, так и недоговорив всё то, чем вдруг захотела поделиться, устало опустила плечи, сгорбившись от осознания грядущих перемен.
Ладно, дедушка ведь ещё придёт в себя? Да, должен! И тогда я успею убедить его не назначать моим опекуном дражайшую Луизу.
Но старый лорд больше так и не пришёл в себя… а через несколько дней тихо скончался во сне. На похороны съехались все соседи, родственники, как близкие, так и дальние – они тоже надеялись урвать хоть что-то от богатств графа ла Асолье.
Когда все церемонии были завершены, мистер Хейли собрал только самых близких в кабинете старого графа, где стояло несколько стульев и пара небольших, но удобных диванчиков, предложил нам удобно разместиться и, стоило людям занять места, громко заговорил:
– Графа ла Асолье больше нет с нами, и это огромная утрата для всех, кто когда-либо был с ним знаком. Замечательный человек, преданный друг и соратник. Его слово было крепко и нерушимо. И сегодня, как поверенный лорда Патрика, мне предоставлена честь огласить его последнюю волю: я зачитаю составленное им завещание.
Оно подписано королём и не подлежит оспариванию.
После его слов по помещению разнеслись удивлённые шепотки: никто не ожидал, что старик успеет посетить короля и согласовать с ним своё решение. Видать, съездил в столицу, когда был ещё более-менее здоров.
– Всё, что ранее принадлежало лорду Асолье, отныне переходит в полное владение леди Джейн ла Асолье, его родной внучке.
