Подойдя к столику с напитками, наполнила высокие бокалы красным терпким вином. Любимый напиток маркиза. Чего ей стоило каждый раз достать хотя бы одну бутылочку – мало кто ведает.
– Замечательная девушка… и я теряюсь, не знаю, как быть… – Алену захотелось поделиться своими чувствами хоть с кем-то, почему бы и не с Элен? Может, она посоветует ему, как быть…
Маркиз давным-давно уехал. И в этот раз они просто поговорили.
Элен замерла у окна и смотрела на пустынную улицу, и думала… думала…
– Дорогой, – выслушав бывшего любовника, она решила быть с ним до конца откровенной, – ты ощущаешь к леди Джейн не просто физическое влечение.
Она для тебя гораздо большее. Ты влюбился."
"– Нет, – раздражённо дёрнул щекой мужчина, после чего резко встал и, одним глотком допив вино, поставил стакан на столик. – Мне пора. Приятно было пообщаться и спасибо, что выслушала. Элен, всего тебе хорошего. Не думай обо мне дурно.
Элен задёрнула бархатную портьеру и вернулась на свою роскошную королевских размеров кровать.
Ален больше не приедет к ней.
Сильный, независимый мужчина, которого она до сегодняшнего вечера считала хотя бы отчасти, но своим, однозначно влюбился. Пусть Ален пока сам отрицает свои чувства и сопротивляется им, но придёт время и он прозреет. Главное, чтобы поздно не было.
А ей нужно искать нового покровителя, благо дом принадлежит ей, и никто её не погонит прочь.
***
Джейн
Он всё-таки куда-то уехал…
Мне не спалось, и я прекрасно слышала, как хлопнула дверь в его комнате.
От осознания маленького предательства от супруга, такая тоска сковала сердце, что слёзы сами брызнули из глаз: как он мог в нашу первую брачную ночь куда-то уйти? Даже если я сама его прогнала?
Глава 48
Я стояла перед трюмо из дорогого красного дерева. И оценивающе смотрела на своё отражение: подтянутая фигура, мягкие покатые изгибы в меру пышных бёдер, маленькая упругая грудь; атласное чёрное платье шёлком ласкало кожу и длиной спускалось чуть ниже колена; шпильки идеально подчёркивали хрупкие щиколотки.
И не скажешь, что мне уже сорок лет.
Одним движением сбросила туфли, а затем настал черёд наряда. Оставшись в дорогом кружевном белье, которое на самом деле ничего не скрывало, лишь подчёркивало достоинства моего тела, устало выдохнула – всё надоело. Небрежно отбросив платье на кресло, снова повернулась к зеркалу.
Скрипнула дверь, и внутрь комнаты кто-то вошёл. Я знала, кто это.
