Джекпот для миллиардера. Создана для тебя (СИ)

 — это проснулся здравый смысл.

— Конечно! — хмыкаю я. — Это стриптизеры. Всех стриптизеров зовут Хулио и Хуан.

— Да ладно! — хмыкает эта зануда. — А ты их много в своей жизни встречала, эксперт, ё-моё!

— Отвали! — бурчу под нос.

— Да и пожалуйста, больно надо! Бывай, профессор стриптизёров!

«Алексеева!!! Это что такое? Ты беременна?»

Фото Таньки с тестом на беременность.

— Да твою же мать! — падаю на спину и закрываю глаза. — Тесты в мусорном ведре!

— Ну ты даешь! — оживился здравый смысл.

«Алексеева! Тихушница! С первого выстрела и в яблочко! Ну Санёк даёт!»

Бросаю телефон. Желудок сворачивается в голодный узел. Встаю и шлёпаю на палубу.

Выхожу на кокпит. Легкий ужин сервирован на столе и закрыт кошем.

Салат «Цезарь», сырная тарелка с оливками и медом, нарезанное холодное мясо, фруктовая тарелка и одуряюще пахнущий хлеб.

Сгребаю всё в кучу и топаю в каюту. С наслаждением схомячиваю по меньшей мере половину и падаю на кровать.

«Родная, выехали в аэропорт. Взлетаем в три часа. Всего шесть часов, и я буду рядом».

Стягиваю с кровати покрывало, беру подушку и иду на палубу. Сооружаю на диване нечто наподобие гнезда и закапываюсь в него, как птичка ткач.

— Екатерина Владимировна?

— Доброй ночи, Андрей.

— Полуночничаете? — матрос улыбается.

Пара минут, и у меня в руках кружка с горячим кофе.

Не хватает только звезд. И диванчик бы пошире.

— Андрей, а можно вот чтобы звезды и диванчик?

— Екатерина Владимировна, так у Александра Игоревича в каюте можно убрать крышу.

— Пойдемте, я вам покажу.

Собираю в охапку одеяло, подушку и, с кофе в руках, плетусь обратно в каюту.

Андрей подходит к панели и нажимает на кнопки. Поднимаю голову и, как заворожённая, смотрю, как крыша с легким шорохом разделяется на две части и расползается в разные стороны.

— Спокойной ночи, Екатерина Владимировна.

Двумя глотками допиваю обжигающий кофе и заползаю в кровать, зарываюсь в подушки и одеяла.

— Ещё чуть-чуть, — шепчу я, глядя на звезды, и пальцем в небе рисую его портрет. — Совсем немножко.

Его руки везде. Они обжигают меня, ласкают и подчиняют себе. Я чувствую, как колотится сердце, глухими ударами бьется о ребра. Он наклоняется и шепчет:

— Родная, любимая, Катенька.

Вдыхаю его солоноватый терпкий запах и растворяюсь в нем, пропитываюсь, сливаюсь с ним на уровне молекул и клеток.