— Быстро раздел, разложил на диване и вдул по самое «не могу», — изложил суть процесса Александр Евгеньевич и, слегка потупившись, добавил:
— Было так здорово, что про все забыл. Она такая… Такая юная, нежная, податливая…
— Была, — жестко внес коррективы Лева. — Была юная и нежная. Теперь ее будет вскрывать секатором дядя Леша из Первой градской. Ага… Значит, тебе было очень хорошо. Ты чувствовал себя могучим, налитым дурной силой и… и ты обильно кончил. Извергался, как фонтан. И нечленораздельно верещал от счастья.
Да?
— Обильно, — признался Александр Евгеньевич. — До этого три дня с Ириной не баловался — она почему-то не хотела…
— Презервативом пользовался?
— Да ну, какой презерватив? Девочка чистая, с гарантией… Да, без презерватива. Сперма, значит, осталась… Да! Там еще и кровь осталась — не так чтобы много, но вполне достаточно…
— Она оказалась девственницей? — не на шутку заинтересовался Лева. — И где, позвольте спросить, ты ее откопал?
— Я того… — Александр Евгеньевич замялся и отвел взгляд в сторону.
— Ну, грубо входил в нее. Не подготовил. Ей больно было. Но не так чтобы очень уж — она терпела… Вот зараза! Сперма, кровь… Получается… Нехорошо получается, да?
— Видишь, ты сам все прекрасно знаешь, — ухмыльнулся Лева. — А кровь на постели — конечно… Дополнительное свидетельство в пользу агрессивного поведения. Короче — чего мы тут время зря теряем?
— Сперма, кровь… это еще не факт! Я хоть и дилетант в этом деле, но знаю — надо же сравнительный анализ делать.
А с чем сравнивать?
— Девочка оргазм поимела?
— Не обратил внимания, — Александр Евгеньевич напрягся, пытаясь припомнить детали. — Даже н не знаю… Да нет, вряд ли — ей же больно было. Да какая разница? Сперма в наличии, остальное — ерунда.
— Меня интересует, как она проявляла эмоции, — бесстрастно подсказал Лева. — Задыхалась от страсти, царапалась, кусалась…
— Да ну, какие там эмоции, — решительно отмахнулся Александр Евгеньевич. — Лежала смирненько, как овечка, податливо ойкала и глазки зажмурила.
Ждала, когда все кончится. Ничего она там не царапалась — тем более не кусалась.
— А ну-ка, заголись по пояс, — распорядился Лева, не удовлетворившись объяснением шефа.
— Дурак и уши холодные, — раздраженно буркнул Александр Евгеньевич. — Я же тебе сказал — не было ничего такого!
— Я время твоего уламывания вычту из общего зачета, и мы сдадимся властям на полчаса позже, — пригрозил Лева.
