Едва первые пули принялись сочно клевать рыхловатую плоть валунов, Сало и Север перерезали широкие ремни, связывавшие руки пленных, сняли с их глаз повязки и грубо сорвали с раненого в плечи бинты. Затем уерзали на животах в тыл позиции, натянули рукавицы и, одновременно ухватившись за струившиеся по обратному скату концы троса, стремительно сверзлись вниз.
Мент остался прикрывать нисхождение боевых братьев. Никакой дискриминации, просто Север и Сало примерно одинаково весят, а он намного легче.
Не высовываясь из-за бруствера, Мент экономными очередями выпускал в никуда последнюю коробку из пулемета, плотно прижавшись к дну импровизированного окопа и считая секунды.
И вполглаза наблюдал за пленными, разминающими непослушные от долгого лежания в неудобном положении конечности.
Огонь из стрелкового оружия в таком укрытии не страшен. Но сейчас там, внизу, некоторые умельцы сноровисто раздергивают свои «Мухи», «Аглени» и «Таволги»[34] и через несколько секунд уже будут целиться валуны в положении «с колена, снизу вверх».
А это совсем нехорошо!
Пулеметная лента вывалилась из окошка приемника. Поведя стволом автомата в сторону пленных. Мент сразу стрелять не стал, а на несколько секунд замер в нерешительности, всматриваясь в подслеповато щурившиеся на него глаза врагов, не успевших привыкнуть к свету…"
"Сычу ставить задачу легко: «…коробку выпускаешь, мочишь пленных, стволы бросаешь там и валишь по-быстрому вниз…» Что неясно? Да ясно все, ясно. Ублюдки они, твари, их не с поля от сохи повязали и сюда притащили — без вопросов.
Привыкнуть к такому непросто — вот что. Это же просто расстрел, по-другому не назовешь. И потом, имеется сомненьице весьма основательного свойства: а надо ли? В течение последующей минуты по позиции так начнут долбить, что вряд ли кто из оставшихся выживет…
— … еб!!! Чего у тебя там?! — слабенько донесся от подножия обратного ската голос Севера.
Стряхнув оцепенение. Мент нажал на спусковой крючок, коротким движением ствола перечеркивая жизни безоружных врагов.
Раненный в плечи нормально умирать не пожелал: низко завыл, забулькал пробитыми легкими, пополз к брустверу. Пришлось добавить…
Бросив автомат на бьющееся в агонии тело Арзу, Мент быстро натянул рукавицы, подполз к краю площадки и, проверив натяжением трос, концы которого удерживали находящиеся внизу Север и Сало, беглым взором окинул позицию. Для «духов», поднявшихся сюда, картина будет вполне исчерпывающей: три тела, три ствола — два пулемета и автомат.
