— Держи, — араб наложил в пиалу плов, поставил перед Ириной прямо на ковер.
Ирина застыла в нерешительности. Женщина не должна сидеть за одним столом с мужчиной, тем более есть вместе с ним. Это грубейшее нарушение устоев мусульманской этики. Тем не менее никто из сидящих за столом на своеволие араба не отреагировал, как будто так и надо.
«…Плевать им на этику…» — так сказал Сыч. Похоже, эта птичка хорошо знает нравы тутошних обитателей и их гостей.
— Я же сказал — мы в походе, — ободрил женщину араб. — Ешь, может быть, другого случая не будет… После завтрака отправились отдыхать.
Гостю отвели большую спальню, богато убранную коврами и шелком. Улегшись на широченную кровать, араб облокотился на подушку и жестом указал Ирине на небольшой диван в углу:
— Твое место. Теперь ты будешь постоянно со мной — в любой момент мне могут понадобиться твои услуги.
— Пришло время второй молитвы, господин, — компетентно напомнила Ирина, показав на часы.
— В походе молюсь два раза, — небрежно махнул рукой араб.
— Утром и вечером. И водку пью в дневное время, и еще кое-что… Аллах прощает многое своим детям, если они заняты праведным делом. А сейчас мы с тобой плотно побеседуем, чтобы узнать друг друга получше…
Беседа была более похожа на вдумчивый допрос, или, если хотите, экзамен на аттестат зрелости. О себе араб распространяться не счел нужным, только сказал, что его зовут Абу (Ирина поздравила себя с наблюдательностью). Умело ставя вопросы, Абу методично протестировал женщину по многим разделам, выказав при этом незаурядную образованность.
Результатами тестирования взыскательный господин остался доволен.
— Я рад, что мне достался столь всесторонне развитый переводчик. Никак не ожидал в этой глуши встретить такую женщину. А теперь поговорим о некоторых странностях…"
"Ирина напряглась и невольно выпрямила спину. Ну вот, началось! Какие такие странности? Вроде все так складно выходило…
— Значит, ты мусульманка?
— Да, мусульманка. Я уже говорила…
— Я помню. Ты молилась на половом коврике.
Это можно было заметить с первого взгляда. И омовение, насколько я заметил, перед этим не делала.
— Я делала омовение. Ты, господин, не мог этого видеть, поскольку…
— Если ты делала омовение, женщина, то где твой кувшин?
— Здесь вполне цивилизованные условия, есть ванная…
— Ты в пути, на цивилизованные условия не рассчитывала. Это получилось случайно. Так где твой кувшин?
— Кувшин в вещах, — Ирина опустила взгляд. — Вещи отобрали.
