Джокер

Сильнейший удар ногой под ребра отбросил его к стене.

— Хорош, Юра, — попытался успокоить разбушевавшегося компаньона Дивотченко. — Пусть человек расскажет.

— Человек? — Босоногов подошел к лежащему, наклонился и ударил еще раз, прямо по носу. — Этот пидор, бля буду, ботаника ошкурил и отпустил. А маски-шоу его же бывшие друганы из ментуры и устроили за долю малую. А на самом-то ни царапинки… не было — вытирая платком ладони, отошел от лежащего на полу и вернулся на свое место за столом. Похрустел пальцами, закурил.

 — Вставай, дохляк, — приказал он Голикову. — И все по порядку, с самого начала.

— Присаживайся, — кивком головы Дивотченко указал ему на стоящий перед столом стул и тот, неуверенно ступая, направился к нему, прижимая к разбитому носу платок.

— Стоять! — Босоногов завелся по новой. — Нехрен жопу греть! Колись, сука!

«Зря я того мужика не послушал», — промелькнуло в голове у отставного опера. — Этим уродам, что ни говори, один черт, не поверят». Он еще искренне порадовался, что среди них нет Парамонова.

Уж тот бы его расколол влет.

Он застонал и схватился за живот. С видимым трудом проговорил:

— В туалет разрешите, я быстро.

— Ты сначала на вопросы ответь, — потребовал Дивотченко.

— Не хватало еще, чтобы засрал здесь все, — Босоногов треснул кулаком по столу. — Пять минут тебе!

— Я быстро, — Голиков, по-прежнему держась за живот руками, повернулся и пошел к дверям.

Ни в какой туалет он, конечно же, не пошел. Прижимая к лицу окровавленный платок, быстро почти бегом, пересек коридор и спустился вниз по лестнице.

Охранник у входа, ехидно улыбаясь, нажал на кнопку, и дверь растворилась.

Он вышел на улицу и исчез в толпе. «А вот теперь ищите меня, придурки».

— Что он там, заснул? — полюбопытствовал Дивотченко, глядя на часы. — Пятнадцать минут прошло, пора бы уже и просраться.

— Штаны стирает, — хохотнул Босоногов, наливая себе виски в широкий стакан.

— Не думаю, — поднял трубку и набрал трехзначный номер. — Вахта? Голиков не проходил? Что? — грохнул трубкой об рычаг.

 — Поздравляю, — сообщил он компаньону. — Этот урод смылся. Говорил же я…

— Да, ладно тебе, — отмахнулся тот. — Найдем, куда денется. Он же мент, а тупее ментов только «сапоги».

— За базаром следи.

— Ладно, проехали. Ты помнишь того жирного, еще приезжал к нам на прошлой неделе?

— Ну.

— Не нукай, не запряг. Заказ от него намечается, очень сладкий. Готовь свою бригаду.

Глава 20

— Он едет в Шереметьево-3, шеф!

— Понятно.