Джоре (СИ)

Визуально ничего не произошло, только через некоторое время было замечено, что индикаторы на капсуле регенерации почти все поменяли свой цвет, с зеленого на красный, осталось лишь три зеленых огонька.

— Загружаем в капсулу матрицу личности Эмилии.

— Давай сначала попробуем режим копирования, вдруг что-то не так пойдёт.

Нажал на кнопку, но сначала ничего не происходило, лишь через минуту индикация на капсуле стала менять свой цвет с красного на зеленый, сначала один огонёк, потом второй, третий и так далее. Десять минут спустя смена цвета прекратилась, на капсуле оставались мигать два красных огонька.

— Кулибин, похоже мы что-то не так сделали. Почему-то прекратилось копирование.

— Значит мы с тобой что-то упустили. Похоже сюрприза не получится. Вызывай сюда Эмилию.

В мед-блоке появилась голограмма медицинского искина, встревоженно смотрящая на меня.

— Извини, Эмилия, хотел сделать тебе приятный сюрприз, но похоже у меня не получилось.

— Полностью стёр личность преступницы и на освободившееся место скопировал твою матрицу личности, но что-то пошло не так, на капсуле продолжают светиться два красных индикатора.

— Где и в чём я ошибся, Эмилия?

— Ошибаешься девочка, ещё как можешь!

— Ты же делала полное обследование Мириэль, а значит данные о её жизненных параметрах у тебя имеются, я правильно говорю?

— Именно об этом я и говорю.

Следующие десять минут тянулись очень долго, но когда они истекли, все индикаторы на капсуле регенерации горели ровным зеленым цветом.

— Ну что, Эмилия, ты думаешь выпускать из капсулы свою сестру близняшку или нет?

— Мы этого не узнаем, пока ты не откроешь крышку и приготовь на всякий случай гранулы.

Голограмма Эмилии растворилась в воздухе, мы остались вдвоём с Кулибиным наблюдать как открывается крышка капсулы регенерации.

Из открытой капсулы на нас смотрела, бледная как полотно, Эмилия во плоти, её большие глаза были наполнены непониманием и болью. Взяв гранулы я подошел к капсуле.

— Открой рот, девочка, эти гранулы снимут твою боль.

Её ротик немного приоткрылся и в нем тут же исчезли гранулы. Прошло около минуты и на лице постепенно стал появляться легкий еле заметный румянец. Напряженное, учащенно-прерывистое дыхание выровнялось, а великолепная девичья грудь успокоилась в плавном ритме.

— Тебе получше, девочка?

— Да, — еле слышно, с легкой хрипотцой послышался ответ.

Взяв кружку с уже тёплым чаем, приподняв голову дал ей попить. Она сделала несколько глотков и поперхнулась.