Джоре (СИ)

Мы стояли рядом с объектом и молча разглядывали его гладкую безшовную поверхность используя свои фонарики. И вдруг, фонарик Демидыча высветил на поверхности такое, что заставило нас всех вздрогнуть. На поверхности просматривались четкие очертания человеческой ладони, причём правой ладони. Пока я раздумывал, Демидыч быстро приложил свою руку к этому контуру, очертания ладоний совпали.

— Иван Демидыч, ты творишь-то?

— А чё нам, без толку стоять и глазеть на енто чудо. Мы для ентого сюдой и притопали, чтоб значит узреть чё тут и как тут.

— Так надо же сперва обдумать всё, прежде чем что-то делать…

Я не договорил, потому-что совершенно беззвучно часть обшивки убралась во внутрь, образовав проход размерами два на три метра. Этот проход вёл в какой-то тамбур, площадью шесть на шесть метров, причём внутри мерцал мягкий свет.

— Вот видишь, Станислав Иваныч, хозяева приглашают нас к себе в гости, а ты переживал, — сказал Демидыч и шагнул в светящийся проход.

Мы с Ярославной последовали за Демидычем.

Как только все мы оказались в тамбуре, проход за нами тут же беззвучно закрылся, отрезав нам всякий путь назад.

— Иван Демидыч, и что нам теперь делать-то? — спросил я его.

— Ждать. Тем более глянь-ка, вон там у стеночки даже лавочка имеется.

Посмотрев в ту сторону, куда указывал Демидыч, я действительно увидел что-то напоминающее лавку выдвинутую из стены. Как только мы втроём уселись на лавку, из стены рядом Демидычем выдвинулась пластина на которой были видны четкие очертания ладони.

Он вновь приложил свою руку к очертанию, после чего в воздухе появился аромат каких-то трав. Обсудить, что это за аромат мы не успели, так как сознание покинуло нас и мы погрузились в темноту…

— Здравствуйте. Самочувствие моё нормальное, а если вы будете говорить немного более тихим голосом, то самочувствие будет еще лучше. Головная боль, знаете, не даёт возможности нормально воспринимать громкие звуки.

— Да. Такой уровень гораздо лучше. Извините, не знаю вашего имени, у вас таблетки от головной боли не найдётся?

— Извините, эту гранулу нужно проглотить? — спросил я в пустоту.

Что и было сделано. Гранула быстро растворилась под языком и буквально через пару секунд головная боль стала исчезать, пока не пропала бесследно. Ну вот, это совсем другое дело. Быстренько проанализировав своё состояние, пришел к выводу, что жизнь продолжается. Во всём теле была сила, гибкость и легкость, словно мне вновь было тридцать-сорок лет.