Джоре (СИ)

Но всё это великолепие, ароматы и аппетит меркнет, ибо ваша красота заставляет забыть о еде и оставляет только одно желание, любоваться вами.

— Благодарю, — тихо сказала Ярославна и покраснела.

— Да будет вам, Станислав Иваныч, девку в краску в гонять, — добродушно сказала Вереслава, — вы кушайте на здоровье, а лестные слова для девичьих ушей, на потом оставьте. Хотя честно вам скажу, что самой приятно глазу, как Яра омолодилась. В годы юности не было у неё такой стати, шибко худющая была.

Вы же сами наверное помните, как тяжело с продуктами было в последние годы правления Никитки. Вот и приезжала она из города до меня деревню подкормиться. Наша деревня-то уже после войны считалась заброшенной, вот потому к нам никто из властей и не заглядывал, никто продукты не изымал, да сады плодовые не вырубал.

— Вереслава, — я оторвался от поглощения борща, — а разве она не всё время в деревне жила?

— Нет конечно. В пятьдесят четвёртом, один субчик из соседней деревеньки, заявился к Ярочке со сватами, замуж её значит за себя звать, а она ему от ворот поворот сделала.

Вот каким нутром почуяла она тогда, что этот гусь лапчатый с гнилой душонкой, одним Богам ведомо. Он потом в пятьдесят пятом приезжал несколько раз, всё уговаривать ее, но она даже на порог его не пустила. А весною пятьдесят шестого, взяла она в соседнем сельсовете справку, и поехала до городу на учёбу. На фельдшерицу там выучилась, а после учёбы распределили её в скорую помощь на работу. Сами же знаете какие у них там маленькие ставки-зарплаты были.

— Вереслава, а как он мог свататься к ней в пятьдесят четвёртом? Ведь ей же всего пятнадцать лет было.

— Ну и что с того. Паспортов-то у нас в деревнях отродясь не было, а архив довоенный, с записями про рождение, сгинул в неизвестности где-то. Кто-же из пришлых знал, когда кто народился. А Ярочка-то в юности выглядела старше своих пятнадцати лет, вот и сватался к ней субчик этот и паспорт обещался выправит честь по чести.

К слову сказать, после войны мужиков мало осталось, вот тогда многие девки, её возраста, себе годков наприбавляли, чтобы значит замуж за городских парней и мужиков выйти, и паспорта себе выправить.

— Получается, что Ярославна от надоедливого жениха в город сбежала? — Спросил я покончив с борщом и принявшись за второе.

— Сестрица, не надо об этом, — жалобно попросила знахарку младшая сестра.