Джульетта стреляет первой

Стройный, ладный. Молодой (старперы девушке не нравились никогда). Неглупый. Богатый.

Но когда ее принуждают – девушка не терпела.

– Мы обязательно перейдем на «ты». Но не сейчас.

Давить парень не стал. Сделал бровки домиком. Вздохнул:

– Слушаюсь, Татьяна Валерьевна!

Она спешно перевела разговор на другую тему:

– Вот не думала, что у вас тут митинги!

– А, не обращайте внимания! – отмахнулся молодой человек. – Перегрелись люди.

Деловито махнул капитану – катер немедленно начал отчаливать.

Марк – загорелый, беспечный, в идеальной гавайской рубашке – взялся рассуждать:

– Подумай… то есть подумайте сами.

Вот жил человек в большом городе, в постоянном стрессе – а потом вдруг попал в тихую гавань. С годик покоем понаслаждался – дальше скучно стало. И начинает от безделья себе проблемы придумывать.

– Не проще, если скучно, вернуться обратно в мегаполис? – резонно поинтересовалась Татьяна.

– Не все так просто, – хмыкнул Марк. – По нашим законам перепродать недвижимость нельзя. Раз купил, получил гражданство – все, живи.

Обратного пути нет.

– На последние деньги, что ли, покупали?

– Очень многие да. Есть ведь целая страта людей, которые ставят перед собой цель заработать не все золото мира, а именно миллион. Ну или два.

«Интересный ты, Марк. Косишь под простачка, а умные словечки сами собой вылетают».

Молодой человек продолжал:

– Миллион заплатили за дом. Второй должен обязательно лежать здесь, на острове. В банке. Своего рода страховка от нищеты. Ежемесячный налог на сервис – в районе тысячи долларов.

Коммунальные услуги – столько же. Больше ничего и не остается. Не то что впроголодь живут, но ходят в одних джинсах по три-четыре года. И даже в Чили не выбираются. Не на что.

Катерок ткнулся в пристань. Их никто не встречал. Марк галантно подал девушке руку. Обернулся к мэру:

– Непорядок, Филипп Борисович! Почему хлеб-соль Татьяне не заказали?

Чиновник метнул в шустрого юношу презрительный взгляд. Буркнул:

– Не устал паясничать?

Митингующие – сейчас их было видно прекрасно – вытянули шеи.

Кто-то в небольшой толпе крикнул:

И немедленно вся компания оказалась на ногах, ловко развернули плакаты. Родимый русский посередине Тихого океана. «НЕТ ПЕДОФИЛАМ!» «ТАКОЕ ИСКУССТВО НАМ НЕ НУЖНО!»

Кто-то звонко провозгласил:

И остальные дружно подхватили:

– Придурки, – проворчал под нос мэр.

– По-моему, они прямо противоположного добились, – усмехнулась Татьяна. – Я не очень люблю детские коллективы, но сейчас очень хочу пойти.