Джунгли

– В машину! – кинул Веклемишев спутнице и заскочил на водительское сиденье.

София шустро обежала пикап и села рядом.

– Винчестер в окно, если кто появится на горизонте – палите, сеньора, в воздух, – дал команду даме Веклемишев, поворачивая ключ в замке зажигания.

Машина завелась с пол-оборота. Включив скорость, Вадим тронул «Додж» с места. Дав газу до упора, он переключил скорость на повышенную, потом еще раз повторил то же самое, притопив педаль акселератора до пола. Из-за угла особняка пикап вылетел словно пробка из бутылки с шампанским.

Сержант не обманул Веклемишева. У колонн парадного подъезда стояли двое с помповыми ружьями, по виду – явные крестьяне. Судя по растерянным лицам, обращенным к летящему мимо них «Доджу», опыт боевых действий у них не выходил за отметку абсолютного нуля. Пара выстрелов, произведенных Софией в воздух из винчестера, немедленно повергла пеонов наземь. Вадим ухватил эту замечательную картину краем глаза, едва успевая выворачивать руль. «Додж» юзом, отчаянно занося грузную корму, обогнул клумбу и ворвался в аллею, ведущую к воротам.

Веклемишев нажал на клаксон и выдал пару длинных гудков, призывая слугу распахнуть перед ними ворота. Однако его старания остались без внимания. Или индеец-привратник куда-то отлучился со своего поста, или издали разглядел, что в машине хозяина едет вовсе не сам ван дер Холст, а чужие люди, и запрятался подальше в кущи. Вряд ли парень был глухой и не услышал выстрелов, донесшихся от особняка.

– Открывайте ворота, – кинул Веклемишев Софии, оглядываясь по сторонам, высматривая коммутационный телефонный ящик.

Столб с серой коробкой высился в кустах у самой ограды в нескольких метрах от ворот. Веклемишев выскочил из машины и метнулся к нему. Рукоятью «кольта» он сшиб несерьезный замочек, запирающий коробку, распахнул ее и стал безжалостно рвать провода.

Неожиданно периферийным зрением Вадим поймал движение слева. Автоматически сработал рефлекс на близкую опасность. На раздумье времени не было. Стремительным броском Веклемишев ушел в повороте вправо, и сделал это как нельзя вовремя. На то место, где он только что стоял, обрушился мачете. Правда, на этом все и закончилось. Воинственный крик привратника, а это был именно он, оборвался, едва прозвучав.