Джунгли

– Я здесь, – за его спиной подала голос женщина.

– Лейтенант погиб, – повернувшись к ней, сообщил Вадим.

– Я видела, – печально произнесла София. – Это все из-за меня…

– Прекратите! – поморщился Веклемишев. – Это война, а на войне люди погибают. Мне тоже жалко, что так все произошло. Жаль полицейского, жаль вас и вашего отца. И себя тоже очень жалко, что я бегаю неизвестно зачем по этим лесам от плохих парней. Но сначала нам нужно выбраться из неприятностей, а уже потом скорбеть о погибших и о себе.

– Вы жестокий человек! – подняла на Вадима глаза, полные слез, София.

– Поэтому я пока и живой, – отрезал Веклемишев. – И вы на свободе. Успокойтесь, сеньора. Нам надо уходить. В ближайшие пятнадцать минут парней, которые хотят схватить вас, будет больше, чем бабочек в этом лесу.

Он понимал, что гибель лейтенанта Эугенио, которого они еще час назад не знали, была каплей, переполнившей чашу терпения Софии. Она была на грани нервного срыва, и предотвратить его можно было в данных условиях одним-единственным способом: физически нагрузить и не давать передышки.

Конечно, можно было для приведения в чувство отвесить даме хорошую оплеуху, однако Веклемишев не знал, как отнесется к этому наследница парагвайского олигарха, и решил ограничиться кроссом.

– Слезы вытираем, солдат, и за мной бегом марш, – властно скомандовал Софии Веклемишев.

Он повернулся и, не оглядываясь, побежал трусцой и вскоре скрылся в зарослях. Треск сухих веток под ногами за его спиной известил, что решение он принял верное.

Женщина последовала за ним, а бег, как известно, мало располагает к эмоциям.

Глава 12. Паровоз не роскошь, а средство передвижения

Направление бега Веклемишев выбрал произвольное. Он еще не определился, куда им бежать. Надо было просто подальше убраться от дороги. Правда, через пару-тройку минут Вадим понял, что интуиция сработала верно. Они с Софией продвигались в сторону железной дороги. Узкоколейка, как он зрительно помнил, располагалась на удалении не более полукилометра от шоссе.

На трассе им, кроме неприятностей, ловить было нечего, да и ломиться сломя голову в лесные дебри также было неразумно. А железная дорога как-никак признак цивилизации, да и реальная привязка к местности. Все не палец слюнявить, определяя, откуда ветер дует, и не по небесным светилам стороны света угадывать, хотя всему этому Веклемишев был хорошо обучен.

Кстати, окружающий ландшафт заметно поменялся.