Джунгли

Живописная солнечная долина на стыке Парагвая, Бразилии и Аргентины располагалась на территории последней. Более ста лет в этом месте существовала колония переселенцев с Украины. Еще в начале двадцатого века в Аргентину приехали осваивать плодородную целину несколько семей эмигрантов из далекой бедной Малороссии. В тридцатые годы колония заметно пополнилась сбежавшими от голода черкасскими крестьянами, а еще через тринадцать лет в долине появились несколько десятков битых, но бравых парней из «знаменитой» украинской дивизии СС «Галичина».

С той поры в колонии, сметя общинные крестьянские отношения, установился полувоенный порядок. Во главе поселения стоял ни больше ни меньше как «гетьман», представлявший собой главу исполнительной власти. Законодательным органом был опять же «круг», куда входили наиболее уважаемые «козаки» из числа зажиточных. Они и устанавливали законы и порядки для жителей колонии.

Местные власти не вмешивались в жизнь «украинской» долины.

Лишь дважды у колонистов возникали трения с законом, однако в обоих случаях вопросы решались, причем в их пользу. Первый раз это произошло в середине пятидесятых, когда колония стала ощущать нехватку жизненного пространства для пастбищ и недостаток пахотной земли. Ничтоже сумняшеся, по решению «круга» колонисты прирезали себе склоны холмов, спускавшиеся в долину, и стали активно корчевать лес. Индейцы из деревни, располагавшейся за гребнем холмов, считавшие эти места своими, возмутились и, похватав копья и колья, пошли отвоевывать землю предков. Уже на перевале их встретили вооруженные колонисты. Они дали поверх голов аборигенов несколько очередей из «шмайссеров», «захованных» еще со службы в «Галичине», чем повергли индейцев в паническое бегство.

Скандал получился изрядный. Скоро примчавшиеся на разборку из столицы чиновники были встречены со всем украинским радушием. Четыре дня и три ночи они «разбирали» конфликт из-за горы и неожиданно для себя и для индейцев обнаружили документы, по которым спорные земли еще полвека назад были отданы колонистам в вечное и безраздельное пользование.

Правда, чернила, которыми была исполнена сия грамота, почему-то выглядели слишком свежими. Зато столичные чиновники выучили три украинских слова: «сало», «горилка» и «карбованцы».

Вторая неприятность случилась в девяностых годах прошлого века. Она пришла с четвертой волной эмиграции.