– Опять нас покидаете? – осведомился администратор, глядя на человека с рюкзаком, спускающегося по лестнице. – Надолго?
– Навсегда, скорее всего, – ответил Стас и подошел к конторке. – Но кто его знает, вдруг вернуться придется. Так что я сейчас ключи отдам тебе, залог свой заберу, но номер этот до завтрашнего утра не сдавай. Лады?
– Так не положено, – заискивающе улыбнулся администратор. – Залог выдан – номер свободен. Не я правила устанавливаю.
– Слушай, любезный, – Стас облокотился о конторку и приблизился к принявшему настороженное выражение лицу администратора, глядя на того немигающим взглядом, полным холодной решимости, – этот номер мною оплачен до завтрашнего утра, и оплачен с лихвой.
Уж кому-кому, а тебе об этом хорошо известно. Так что ты засунул бы свои правила куда поглубже, а то ведь донесу хозяину, как клиентов обираешь и барышом не делишься, – решился Стас на авантюрную импровизацию, не будучи до конца уверенным в том, что этот тип за конторкой не есть хозяин, и уж тем более, что он не делится.
Но эти слова все же возымели эффект. Через секунду заискивающая улыбка администратора стала шире и заметно добрее.
– Ну что вы? Разумеется, я всегда готов пойти навстречу клиенту и сделаю все возможное для его удобства. Ведь правила не могут описать все возможные ситуации.
– Вот и славно.
Стас оставил ключи, забрал деньги и вышел.
До проходной он добрался даже раньше, чем планировал. На часах было только без восьми двенадцать, а Стас уже успел пройти ритуал сверки подписей, получить назад в целости и сохранности свой автомат и стоял теперь по ту сторону ворот, щурясь под лучами солнца, греющего с каждым днем все меньше.
Потенциального напарника видно не было. Мимо проходной сновали туда-сюда люди, некоторые останавливались неподалеку, но только для того, чтобы закурить или высморкаться. Минутная стрелка неумолимо приближалась к двенадцати.
– Как Ренат Маратович поживает? – Кто-то сзади легонько похлопал Стаса по плечу.
Он обернулся и увидел перед собой рослого мужика в сером бушлате, черной разгрузке, черных штанах и тяжелых ботинках с высокими голенищами.
На плече у него стволом вниз висел РПК-74. Суровая морда, покрытая трехдневной щетиной, сломанный нос и прищуренные почти бесцветные глаза, пристально смотрящие из-под черного берета, косо надвинутого на коротко стриженную голову человека, беззвучно возникшего из-за спины, в комплексе производили довольно неприятное впечатление.
