Тридцать семь монет. Ах да, еще Александру Дмитриевичу очень приглянулся мой ПМ, и он решил оставить его себе. Так что… Степа, сколько сейчас стоит ПМ?
– Монет пятнадцать, – пробубнил Степан, сидящий на полу.
– О! Пятнадцать. Итого за тобой должок в шестьдесят две монеты. Десять – мне за работу. – Стас задумался. – Вот удивляюсь, бля, почему люди так часто путают хорошие манеры со слабостью. Ладно, хватит лирики. Где деньги? И только попробуй мне, сука, заикнуться про квитанцию.
Стас вынул обмусоленный ствол из Валиного рта.
Бережной попытался ответить, но лишь шумно заглотил воздуха и выблевал на стойку только что скушанный обед.
– Ну и манеры!.. – посетовал Стас.
– Н… н… нет денег. Все отдал. Нет денег.
– Что-то не верю я тебе.
– Честное слово. Детьми клянусь, – заныл Валентин.
– И детей я твоих тоже не припомню.
– Дела плохо идут, клиентов мало, да еще и поборы сплошные. Откуда деньги? – Валя кинул боязливый взгляд на дробовик и увидел, как ствол начал медленно подниматься. – Но я найду. Да. Обязательно найду.
Я знаю, где раздобыть. Да.
– Короче, так – у тебя времени до семи вечера. Соберешь деньги и принесешь их на угол этой вашей сраной улицы, что к воротам ведет, и тополиной аллеи за тепловозоремонтным заводом. Положишь под крайним деревом и свалишь. Если попытаешься меня еще раз кинуть, я сожгу это твое забегалово. – Стас сделал широкий жест рукой. – Вместе с тобой, с детьми, с женой, тещей и золовкой. Понял?
– П-п-понял.
Стас четыре раза передернул цевье, бросил пустой дробовик в угол и вышел.
На улице заметно потемнело. До семи часов оставалось минут десять. Прошедшее время Стас потратил с пользой. Облазив прилегающую к условленному месту территорию, он подыскал себе отличный наблюдательный пункт в заброшенном сарае, приютившемся на противоположной стороне дороги. Сарай был совершенно неприметный, стоял в тени деревьев, заросший бурьяном. Между досок зияли щели вполне достаточного размера, чтобы через них можно было комфортно наблюдать за происходящим снаружи.
Время «Ч» неумолимо близилось, а Бережного все не наблюдалось.
Стас уже начал волноваться и проверил карманы в поисках зажигалки. Зажигалка оказалась на месте. Кремень чиркнул, выбивая искру, тонкое спиртовое пламя голубоватым огоньком заиграло перед глазами и тут же погасло. Рядом с условленным местом появился Валентин. Робко озираясь по сторонам, толстячок перебежал дорогу, остановился возле крайнего тополя, достал из-за пазухи сверток и аккуратно уложил его под деревом.
