– А ложек в вашем заведении не предусмотрено?
– На. – Над головой Стаса возникла ложка, да не простая, а деревянная, с росписью.
Краска местами уже потерлась и кое-где отслоилась, но все же роспись еще производила впечатление. Ручка была золоченая, с черным концом, а сама ложка вообще представляла собой буйство невиданных красочных цветов на черном фоне.
– Ух ты. Откуда красотища такая? – попытался Стас завязать разговор.
– Заткнись и жри. Я с тобой беседы вести не подряжался."
"С виду блюдо было не особо аппетитным, хотя пахло вполне сносно.
Немного поковырявшись на всякий случай в желтовато-сером месиве, Стас пришел к выводу, что состояло оно из слегка подгнившей картошки и мяса неопознанного животного. Слизнув с ложки и пережевав эту почти однородную субстанцию, он, к собственному удивлению, остался удовлетворен ее вкусовыми качествами, и через несколько секунд миска была уже пуста.
– Спасибо! – крикнул Стас через плечо, и возникшие из ниоткуда руки забрали опустевшую посуду. – А запить чем-нибудь можно? У меня и кружка есть.
Позади послышалось недовольное бубнение, звук отвинчиваемой крышки, и сверху в тару, разбрызгиваясь во все стороны, полилась вода.
– Благодарю.
Стас сделал несколько глотков и вздрогнул, расплескав остатки на покрывающий телегу брезент. Звук выстрела эхом разнесся по лесу. А за ним еще один и еще… Сразу несколько стволов ухнули, выдав раскатистый и немного растянутый залп. Обеспокоенно зафыркали лошади. А потом все стихло.
– Обоз? – спросил он через плечо, не особо рассчитывая на адекватный ответ.
– Да, обоз. Скоро будут, – ответили позади.
В голосе этого человека чувствовалось облегчение. Отсутствие звуков затяжной перестрелки говорило о положительном результате рейда.
Стас снова, морщась, принял горизонтальное положение и, закрыв глаза, стал прислушиваться. Через некоторое время впереди послышались голоса, треск веток, скрип колес и фырканье лошадей. Отряд возвращался с добычей.
– А-а! – зазвенел вопль, явно женский. – Сволочь! Пусти!
Мимо телеги со Стасом промчалась взлохмаченная девица весьма миловидной наружности, но далеко ей уйти не удалось.
– Оп! – весело крикнул кто-то позади телеги и загоготал. – Ты смотри, шустрая какая. Далеко собралась?
– Не трогай, скотина! – орала девица.
Судя по долетавшим до Стаса пыхтению и звукам ударов обо что-то мягкое, она яростно сопротивлялась.
– Папа!
Детина, изловивший крикливую особу, продолжал ржать, пытаясь справиться с отчаянно брыкающейся жертвой.
