Как раз думаю, на сколько часиков смогу туда наведаться и как эффективнее употребить время на исследования и обучение.
Гегемон понимал, что ему откажут, но все равно спросил:
– Помощник нужен?
– Нужен. Возьму Александру, – неожиданно даже для самого себя заявил граф.
– Как?! Неужели она оторвется от просмотра и экспериментов с одеждой?
– Ей полезно будет слегка развеяться. Елену тоже постараюсь вытянуть… А тебя куда забросить?
– Домой, конечно. Я уже и забыл, когда последний раз нормально ел.
Наверное, когда встречу твою с Настей организовывал. Кстати, может, составишь мне компанию за поздним ужином?
– Ну… если ты мне поможешь закрыть портал в мире Гигантского Леса. Оттуда в этот мир прорываются порой такие кабаны, что здесь города рушат играючи. Заодно увидишь, что это за лес такой…
– Прыгаем! – согласился Крафа.
Оказавшись на месте, Дмитрий остолбенел. Название мира полностью соответствовало его сути. Деревья здесь были воистину гигантскими, они напоминали плотно стоящие небоскребы или кем-то отесанные исполинские каменные столбы.
И это еще хорошо, что Торговцы стояли на скале, с которой дожди смыли всякий мусор и землю. Ведь чуть ниже царил настоящий ад, наполненный вязкой черной жижей, из которой выпирали узловатые корни да торчали замшелые валуны. По сравнению с этой местностью мир Болот с их тварями, несмотря на Хохочущий туман, смотрелся, словно место для душевного пикника. В черной жиже плавали подобия крокодилов, гигантских питонов и бобров-переростков.
В щелях в коре и в дуплах деревьев какие только грызуны не жили, на ветках какие только птицы не гнездились, а в тяжелом, затхлом воздухе какие только насекомые, размером с руку взрослого мужчины, не летали! И все это громадье фауны гудело, рычало, квакало, пищало, пело и визжало.
Если бы Торговцы не держали вокруг себя силовые щиты, их обоих унесли бы птицы на пропитание птенцам или комары избавили от крови в два присеста.
В первую минуту мужчины подверглись атаке представителей местной фауны около сотни раз. Потом волна атакующих резко спала, видимо, предупрежденная писком и визгом неудачников, рухнувших в болото и там пожираемых с отменным аппетитом иными крокозябрами. И уж на что Крафа навидался ужасов да мрачных мест на своем веку, и тот непроизвольно вздрогнул, а потом выдал витиеватую руладу на разных языках.
