Единственная для князя. Как долго я тебя искал

– Ты ранена? Проклятье! Я сейчас! – Князь спешно достал личный амулет исцеления и приложил к моей шее. Активация отозвалась трепетной волной, забирающей боль и приносящей облегчение.

– Спасибо! – Вымученно улыбнулась и всхлипнула, уткнувшись мужчине в грудь. Внутри я содрогалась от рыданий и ничего не могла с этим поделать. Тело в момент опасности сжалось, как пружина, которая вибрировала теперь от перенапряжения. – Простите! Не могу успокоиться, – выдавила из себя сквозь слезы.

– Ничего, это нормальное явление, – успокоил князь Леви.

Я кивнула, не в силах больше говорить.

Переместили меня в соседнее помещение, после чего опустили на пружинистую кровать, устроили на подушках и накрыли теплым одеялом. Удивительно приятно, когда за тобой так бережно ухаживают. И одновременно неловко из-за того, что это делает посторонний мужчина.

– Пожалуйста, можно воды? – попросила, не в силах больше терпеть жажду.

– Конечно, я сейчас. Вот! – Мне в руку вложили платок. – Возьмите. Вам пригодится.

Я промокнула слезы, застилающие глаза, и огляделась. В комнате царил полумрак. Хм, правильнее будет: в спальне царил полумрак. Осознание того, что это мужская спальня, привело к неутешительному выводу: репутации конец. Лучше бы я ошибалась, но мужчинам чаще нравится строгое убранство и минимализм в интерьере. Здесь не ощущалось присутствие женщины. Роскошная обстановка указывала на состоятельность хозяина, его вкус.

А ведь князь наверняка женат! Своим появлением я поставила его в неловкое положение.

Алим Осипович ступал бесшумно, шаги глушил пушистый ковер на полу. Но я кожей почувствовала момент, когда мужчина вернулся со стаканом воды. С трудом приподнялась и села, ожидая новой вспышки боли. Когда же ее не последовало, с облегчением вздохнула. Молчаливо кивнула хозяину спальни в знак благодарности, бережно перехватила бокал и с жадной поспешностью осушила содержимое.

У меня слезы высохли от удивления. Теплая волна, исходящая от мужчины, погасила внутреннюю дрожь. Я не знала, что и думать, как реагировать.

– Извините, не удержался, – без должного раскаяния в голосе произнес князь.