Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Демид Иванович, я бы хотела сдать экзамены и пройти практику, как мы и договаривались. И еще кое-что… – замялась, раздумывая, как бы это преподнести. – На выходные я бы хотела еще раз съездить в Демьяново. Необходимо разобраться с делами и назначить нового управляющего. Сами понимаете, нельзя оставлять земли без присмотра. Алим Осипович предложил помощь, но я бы хотела сама попробовать.

– Понимаю, похвальное желание! – Закивал мужчина. – С моей стороны препятствий не ожидается. Пропуск на свободное посещение я подпишу с единственным условием, чтобы с вами постоянно находился сопровождающий.

– Насчет этого не переживайте. Константин Алексеевич меня теперь одну никуда не отпустит. Я бы и подруг с собой взяла, если они не будут возражать. И с вашего разрешения, разумеется.

– Я подумаю, что можно сделать. В свете произошедших там событий, нежелательно подвергать учащихся опасности.

Встреча подруг получилась безрадостной. Когда я вернулась в комнату, Дарья сидела на кровати, забравшись с ногами и подтянув к себе колени.

– Привет, чего такие кислые? – поприветствовала и улыбнулась с порога. Все-таки, привязалась к ним, как к родным. – Рано обрадовались тому, что место в комнате освободилось? Не дождетесь!

– Аська, наконец-то! – радостно взвизгнув, Милка бросилась обниматься. – И ничего не обрадовались.

– Мы рады только тому, что ты не пострадала, правда, – пробасила Безродная.

– А чего тогда такие хмурые? С Дарьей поссорились, что ли?

– Мы с ней не разговариваем, – бесхитростно выложила Реутова. – Убийца она!

– Да вы чего? Если б не Дашка, Гридяй бы меня пристрелил. Она поступила так, защищая наши жизни. Марфа, те осколки, что из тебя достали, из гридяйского мушкета выпущены. Акулина приказала Космачеву меня убить. Он выстрелил, выполняя приказ.

– Как же это? Правду говоришь? – встрепенулась Марфа. – Нам сказали, что Григорьева застрелила обоих и тебя ранила.

– Кто вам такое сказал? Следователи, как только докопались до правды, сразу отпустили Дарью из-под стражи.

– Так, Зоя Матвеевна убедила, что Григорьева разумом помутилась, вот и схватилась за мушкет, – пролепетала Милка, ошеломленно.