Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Но, стоило санитарке выйти за дверь, как я тут же вскочила и босиком прошлепала к окошку с двойным рядом стекол. Из моей палаты просматривался внутренний больничный двор с палисадником и скамеечками для отдыха. У крылечка, свернувшись клубком под навесом, лежал дворовый пес. И воробьи, нахохлившись, сидели на голых ветках единственного деревца. Ненастная погода и моросящий дождик не располагали к прогулкам.

Заслышав шаги и шум разговоров снаружи, вернулась в кровать. Только успела вытянуться, как дверь распахнулась, запуская толпу народа.

Хотя обозвать их толпой я погорячилась. Вошли двое: широкоплечий мужчина в белом халате и средних лет дама в сером платье с белым передником.

– Ну-с, доброго здравия, Анастасия Трофимовна, – поздоровался доктор и притормозил у рукомойника, споласкивая руки. – Как самочувствие? Есть ли жалобы?

– Здравствуйте, э… Эдуард Францевич? Самочувствие нормальное, жалоб нет, – ответила неуверенно.

– Вот как? – Мужчина изумленно вскинул бровь. – А мне тут передали, что с памятью проблемы возникли.

Будто бы имени собственного не вспомнили. Это так?

– Так! – Я нервно улыбнулась. – Но у меня ничего не болит, руки-ноги на месте – все в порядке.

– Не скажите, барышня. – Доктор подошел к кровати и присел с краю. – Давайте посмотрим на ваше «в порядке». Полежите смирно.

У меня глаза округлились, когда мужчина занес ладони над моей головой. Пространство вокруг его рук будто бы посветлело, а меня коснулось что-то ласковое, доброе и теплой волной прошлось по телу.

Сразу сил прибавилось, появилось непреодолимое желание подскочить с места, заняться каким-нибудь делом. Только просьба «полежать смирно» удерживала на месте.

– Действительно, физические показатели в норме, – подтвердил Эдуард Францевич. – Сейчас только кровь посмотрим, очистилась ли, а то дымом так надышалась, думал, не откачаем. – Мужчина коснулся жилки на моем запястье и замер, с минуту слушая пульс. – Чисто! Вот и славно! – посмотрел на меня хитрым прищуром глаз.

Он не побрезговал взять меня за руку, и это приятно удивило.

А вот то, что последовало за этим, напугало немного. Я вдруг отчетливо увидела, чем доктор занимался перед обходом. У него состоялась беседа с человеком в военной униформе, который прибыл в сопровождении еще двух сотрудников. Невольно ощутила неприязнь, которую вызвал столь ранний визит у Эдуарда Францевича. Причем, неприязнь профессиональную, означающую, что эти посетители готовы на крайние меры, лишь бы добиться результата.