Единственная для князя. Как долго я тебя искал

 – Я видела, как Штефан Холзман делал нехорошие вещи. Это плохой человек и, без сомнений, виновен в преступлениях, в которых его обвиняют. Однако он действовал не один. Был еще кто-то, кого купец боялся до дрожи в коленях. Пресмыкался и опасался голову поднять в его присутствии. И этот кто-то носил армейские сапоги. Хорошей выделки, как у высших чинов, всегда чистые и ухоженные.

– Вы поэтому испугались? Подумали, что убийца поблизости? – шумно втянув носом воздух, канцлер погрузился в задумчивое состояние. – Значит, наш монстр высоко забрался.

А это сложно, учитывая регулярные проверки личного состава у магов разума и принесение клятвы при вступлении в должность. Прибавим к этому, что наш таинственный убийца одаренный, и круг подозреваемых сужается. Он должен быть хитрым, самоуверенным и чрезвычайно изворотливым. И последнее: этот человек входит в круг ваших случайных знакомых.

– Знакомых? – Вот так новость! – У меня их нет так много, конечно, но это не повод, чтобы заводить дружбу с убийцей.

– Хм, вы меня не так поняли.

Анастасия Трофимовна, на последнем году обучения, как и остальные выпускники, вы стали часто посещать Управу. Одних городовых к ней приписано тридцать семь человек. Неужели с каждым знакомы лично? Тем не менее вы, будущие видоки, находитесь под пристальным вниманием. Вас изучают, за вами присматривают и о вас знает гораздо больше народу, чем вы можете представить.

– И что же мне теперь делать?

– Вам – ничего! – канцлер пожал плечами. – Расследованием займется Следственный комитет.

А вы дадите показания и отправитесь в гимназию. Ваша задача – хорошо учиться. С таким сильным даром и устойчивой психикой вы достигнете больших высот. Империи нужны грамотные специалисты.

Я молча кивнула и уставилась в окно. Князь ни словом не обмолвился, каким способом поможет восстановить память. Это не значит, что он забыл об обещании, но вряд ли гимназистка Молчанова входит в первую десятку его важных дел.

В Управе мне выделили стол, обеспечили бумагой и бланками отчетности. Такие заполняют видоки на практике и, наверное, я уже не раз это делала.

Но тут пришлось приложить усилия, чтобы отстраненно описать те ужасы, что творились в подвалах купеческого дома. С бумагами управилась за пару часов с небольшим перерывом, во время которого меня угостили чаем с бутербродами.

Если честно, кусок в горло не лез, заставила себя есть через силу. В гимназии нас учили отстраняться от видений, выплескивать пережитую боль на бумагу и тем самым избавляться от негатива.