Для того чтобы Эмир стал вести себя хоть чуточку по-другому нужно было просто извиниться. Так что теперь слова слетают с языка быстрее, чем я успеваю подумать. Кто знает, может после тысячного ""прости меня"" он станет совсем плюшевым?
— Кукла, от того, что ты это будешь на репите повторять, меньше не влетит, — хмыкает Эмир. — Что натворила?
— Ничего! — Вспыхиваю обиженно. — Правда. Я просто… Мне неудобно, что я действительно ни разу не извинилась до этого. А ещё я рада тебя видеть.
Эмир глаза закатывает. Раздраженно, уставши.
Но чуть ухмыляется, я научилась ловить его микроэмоции.
Обхватывает мой подбородок. Наклоняется для поцелуя. Я отвечаю со всей страстью. Позволяю. И шлепаю по ладони, когда Эмир пытается меня за попу схватить.
— Мы на людях! — Выпячиваю глаза. — Нельзя меня лапать, когда вокруг столько людей.
— Это я решаю. Что можно, а что нельзя, — оскаливается. — Ясно?
— Нет. Ничего не знаю. Мы на детской площадке, в конце концов. Веди себя прилично, Сабуров. — Произношу со всей строгостью, поглядывая в сторону детей.
Там Катя играется. На краю площадки двое охранников. Ну, один за мной наблюдал, второй за малышкой. Но как Буйный появился, то меня оставили в покое.
Сегодня первый день, когда Эмир освободился рано. До этого он возвращался ночью. Видимо, закончил уже со своими разборками. И у нас полдня свободных, которые мы можем провести вместе. А завтра новый город. У мужчины какие-то вечные разъезды, встречи. Что-то серьезное происходит. Эмир не признается, но я сама понимаю.
Постоянные встречи. Долгие разговоры. Его вспышки злости. У него проблемы. Но при этом он находит время, чтобы со мной быть. И от себя не отпускает. ""Чтоб не сожгла мне ничего"" — так он сказал. Но я же знаю, что не в этом дело.
— Я скучала, — признаюсь, прижимаясь к мужчине. — Очень.
— Ага. Руки распускаешь, в себя поверила, — рычит шутливо. — Совсем страх потеряла. Выгребешь, кукла.
— Конечно, — я серьезно киваю, но срываюсь на смех. За что Эмир меня по бедру шлёпает. — Эй!
— Я предупреждал.
А ещё…
— Злата, твой друг пришел! — К нам подскакивает Катюша. С интересом рассматривает мужчину.
— Наклонись, — я шикаю на сестру. — Ой, наклонитесь. Пожалуйста. А то вы очень высокий, я вас плохо вижу.
Эмир посмеивается. Я смотрю на него с мольбой, чтобы ничего не сказанул при ребёнке. Я и так волнуюсь, что сестра постоянно в окружении его амбалов.
Буйный усмехается, присаживается на корточки. Катя довольно улыбается, рассматривает моего ""друга"".
