У меня не было сил, чтобы бороться. Болела тело, болела душа - от предательства, причинённой боли, от собственного бессилия и навалившейся безысходности... страшно сказать, но в тот момент ежедневная, хорошо знакомая рутина у Мег казалась мне каким - то единственным прибежищем, на которое я могла рассчитывать. Оставаться у Мег было тяжело, но это единственное, на что оставалось у меня сил. Я могла только вяло сопротивляться, но никак не воевать за свою свободу.
Повариха смерила меня долгим изучающим взглядом и коротко кивнула.
- Понятно. - только и сказала она. - А что ты будешь делать, если она опять тебя так подставит?
Я криво усмехнулась.
- Не подставит. На кой ей это, если денег она всё равно не выручит. Да и я теперь учёная, всякую отраву чтобы пить.
- Ну смотри... - протянула Нита. - Кстати, насчёт отравы. Ты хоть пришла в норму после... или тебе травки заварить?
Я сначала не поняла, о чем повариха спрашивает. Когда же до меня дошло, покраснела ужасно.
- Вчера сильно болело, сегодня уже легче.
Нита понимающе кивнула.
- Джеське - то что, она и не на такое ради золотых готова, а ты девочка чистая...
- ...была, - усмехнулась я горько, а затем неожиданно для себя спросила: -Неужели это всегда так больно?
- Что?- словно ослышавшись, переспросила Нита. Я пожала плечами.
- Джесси говорит, что это приятно... лучше пряника. А по мне, так горче самого горького отвара. Может, со мной что - нибудь не так?
- Всё с тобой так, - отрезала Нита. - Просто такие дела надо по любви делать, тогда будет приятно.
- Но Джесси ведь не любит тех, с кем проводит время.
- Она любит их деньги, - отрезала знающая повариха. И хотя у меня осталось ещё немало вопросов, беспокоить ими добрую, но суровую женщину я не стала.
Глава 6
Даррен эль Раддорвиер"
"Откинув голову на мягкую спинку широкого удобного кресла, Даррен щурился от наслаждения, которое ему дарили ртами две милые и очень старательные эльфики. Неподалеку, в таком же кресле, «отрывался» его младший брат, снова перешедший от оральных ласк к жестким драконьим играм.
Девушки, которые обслуживали Макдима, громко стонали от боли и наслаждения попеременно, так, что даже эротические танцовщицы на сцене иногда замирали, с испугом глядя в зал, на своих самых высокородных и самых дорогих клиентов. Все девушки в комнате были одеты лишь в крошечные золотые туфельки на шпильках, делавшие и без того совершенные фигуры эльфиек ещё более совершенными.
