Единственная для Хранителя Закона

— Плохие воспоминания? — с пониманием спросила приметливая Арлетт.

Но я покачала головой.

— Не совсем. Плохие воспоминания вкупе со злорадным предположением. Видишь ли, моими услугами пользовались многие «бывшие друзья». Те самые, свидетельства от которых притащил Майрус. Интересно, что они делают сейчас? В моем выпуске было всего двенадцать человек.

— Ну а другие выпуски? — удивилась Арлетт и сразу добавила: — Нет, я не имею в виду, что… Ох."

"— Я поняла, — хмыкнула я. — Ты имеешь в виду, что выпускались другие, да? Но нет, в Академии больше нет такого направления.

Проектировщиков вписали к зельеварам, и теперь будущие светила зельеделия заучивают таблицы и высшую арифметику, скрещенную с астрономией. Не могу сказать, что это плохо. Но вот беда для чистых зельеделов: новые мастера не будут подрабатывать расчетами, они будут готовить свои зелья.

Арлетт потерла переносицу и задумчиво произнесла:

— Надо будет поставить перед Советом Магов вопрос о факультативах по проектировке составов. Иначе упустим целую дисциплину и откатимся назад.

— Можно назвать ее теорией зельеделия, — предложила я. — Что самое интересное, этому могут учиться и не имеющие магии люди. Работа с цифрами, а не с силой.

— Логично, — кивнула Арлетт и одним жестом распахнула перед нами двери. — Ты даже не представляешь, сколько всего интересного тебя ждет.

Открыв дверь в свой кабинет, я только присвистнула: на столе стояла высоченная стопка папок. И одна лежала отдельно, с пометкой «срочно».

За нее я и взялась. И, вот смех, в этом составе фигурировали те самые не-земляничные ягодки.

Сложнейший состав, который мне пришлось пересчитывать три раза, должен вскрывать любые щиты. Точнее, не вскрывать, а уничтожать, размывая и развеивая колдовскую силу.

«Если пройтись с таким зельем по охранному контуру, то можно ограбить даже дворец Императора», — мелькнула у меня в голове шальная мыслишка.

И действительно, этому составу достаточно попасть лишь на один участок — и дальше, по нитям колдовского плетения, он разъест абсолютно всё.

На обед меня выманила Арлетт, и то не сразу. Я бы предпочла остаться в кабинете и просмотреть, что там в стопке «срочно, но не очень». Разделить на то, что успею сделать сегодня, и на то, за что приняться завтра с утра. Но вредная начальница выманила меня на кусочек пирога с вишней. И высказала при этом совершенно глупую мысль:

— Гел меня не простит за то, что я издеваюсь над его драгоценной супругой.

— Плохая шутка, — серьезно ответила я.