– Ух ты! – выдохнула она, восхищенно глядя на леди. Та, в свою очередь, с любопытством изучала дочь.
Я надела браслет и сделала глубокий вдох, решив взять себя в руки и начать знакомство заново.
– Что вы ей сказали? – спросила она меня.
– Дочь поинтересовалась, кто вы, и я представила вас как волшебную фею, которая будет обучать нас придворным манерам и правилам поведения при дворе.
Та одарила меня изучающим взглядом. Уж не думала ли она, что я ее ведьмой представлю?!"
"– Леди, вы должны учесть, что мы из другого мира и у нас приняты несколько иные правила поведения.
Мы не приветствуем друг друга реверансами и поклонами. Так было принято много веков назад, в глубокой древности, но мой народ со временем отказался от этого. Из уважения к вашему миру я хочу обучиться манерам, принятым у вас, чтобы никого не оскорбить неуважением. В свою очередь, я ожидаю и к себе уважительного обращения и оскорблений не потерплю! – твердо заявила я.
– Есть чувство собственного достоинства, умна… – как бы для себя заключила она.
Взгляд на несколько градусов потеплел. – Меня ввели в заблуждение и представили вас как крайне невоспитанную особу.
Знаю я, кто ей меня так представил. Пес шелудивый! Ничего, я отыграюсь.
– Трудно рассыпаться в комплиментах, когда вас похищают, – скромно заметила я. – А можно вас попросить объяснить тем, кто меня так представил, что крайне невежливо врываться в мою комнату без стука, крича во все горло при этом?
– Мстительна, – одобрительно заметила леди Паттерсон, и свершилось невероятное – она улыбнулась краешками губ.
– Что ж, вы расшевелите местное общество. Приятно, что я буду наблюдать за всем из первого ряда. Я помогу вам приобрести необходимый лоск.
– Буду вам очень признательна, – улыбнулась ей я. Надо же, а она и по-человечески разговаривать умеет. – Вы не подскажете, как позвать слуг, а то до сих пор никто не удосужился предложить вам чаю.
За разговором она разрешила называть ее Клотильдой, а я себя Ольгой. Попросила рассказать об обстоятельствах нашего появления, и я красочно описала, как нас схватили с ребенком прямо на улице, да еще не хотели меня брать.
Та лишь покачала головой, когда я рассказала, как меня чуть не разлучили с дочерью.
– А кто сказал, что девочка суженая?
– Владыка, – растерялась я от такого вопроса.
– Как он мог это знать, когда всем известно, что его бывшая фаворитка опоила его и теперь он на некоторое время лишился обоняния?
– Хотите сказать, что он мог и ошибиться? – с надеждой спросила я.
