Единственная, или Семь невест принца Эндрю

Они даже заключили временное перемирие – перестали бросать друг на дружку едкие взгляды. Более того, как показалась Глаше, Сийя прониклась к ней неким уважением и поглядывала уже не с таким высокомерным снисхождением, как раньше. Вот в такой дружеской атмосфере женщины и отправились на ярмарку.

Глафира с любопытством смотрела в окно. Ещё бы! Это было её первое путешествие за стены дворца, если не считать скачек на сумасшедшей зебре. Но тогда было не до того, чтобы любоваться пейзажами. Сейчас же никто не мешал созерцать умиротворяющие картины.

Да, именно такое впечатление производили бескрайние луга, покрытые изумрудной травой. Эх, побегать бы по ним босиком наперегонки с беззаботно порхающими разноцветными бабочками.

Примерно через полчаса пейзаж сменился: всё чаще и чаще перед глазами начали проплывать постройки. Стало понятно, что карета подъезжает к населённому пункту. Это были ожившие картинки из любимой в детстве книги «Волшебник Изумрудного города». Только там дома становились красивыми, если смотреть на них сквозь зелёные очки.

Здесь же и без очков в глазах пестрило.

Проехав по мощённой булыжником мостовой несколько сотен метров, карета въехала на большую площадь. Судя по броским вывескам, тут и располагалась ярмарка. Ощущение, что попала в волшебный город, прошло, стоило прочитать надпись на одной из них: «Всё по 35 алюминиевых». Знакомо, однако.

Алюминиевые – такое гордое название носила местная валюта. Глаша не стала спрашивать почему. Сама догадалась, что, видимо, алюминий в Дарлите на вес золота.

Глафире и Зурим выдали на траты 10 купюр номиналом по 100. Много это или мало, сложно было понять, пока не увидала вывеску. Она помогла с лёгкостью перевести выданные 1000 алюминиевых в рубли. По прикидкам Глаши, курс выходил примерно один к одному.

Халитессы в один голос начали убеждать своих подопечных начать шопинг именно с той лавки, где товары обещали стоить не дороже 35 алюминиевых. Глафира возражать не стала. Им с Зурим как раз и нужен был магазин, где продавалась разная мелочовка, чтобы подобрать что-то похожее на окайо.

Помещение оказалось довольно тесным. Несколько рядов полок, заваленных всевозможными товарами, и небольшая кабинка, где сидела продавец с выражением вселенской скуки на лице. Скучающий работник прилавка устраивал Глафиру гораздо больше навязчивого. Она не любила, когда, не успев переступить порог магазина, попадаешь в оборот назойливых специалистов по втюхиванию товаров.