Единственная Миллиардера

Рыскал по всей стране и четко осознавал, если я не верну эту девочку обратно, то загнусь без нее.

Никто мне не нужен. Никогда. Только она. Лика. И… та малышка, которая растет в ней. Мелкая совсем. А уже с характером, сразу чувствуется, что в маму.

– Глеб, – судорожно выдыхает девчонка, медленно проводит пальцами по моим скулам, обнимает мое лицо ладонями и улыбается: – Я скучала.

– А я подыхал, – признаюсь прямо. – Я без тебя задыхался, Лика.

Она нервно облизывает распухшие губы, дышит тяжело и шумно. Манит еще сильнее, будоражит каждым своим движением.

– А теперь дышишь? – роняет тихо.

– Дышу, – киваю. – Тобой.

Я впиваюсь в ее губы снова, а ладони сами собой опускаются ниже, обводят каждый изгиб, проходятся по бедрам. Подхватываю девчонку под ягодицы и усаживаю на столешницу.

Она вскрикивает, но наш поцелуй гасит этот звук.

От неожиданного перемещения Лика чуть прикусывает мою губу. Только меня ничто сейчас не отвлечет. Врываюсь глубже, жадно вылизываю ее десны.

Мы только начали, а мой член уже тверже камня становится, наливается кровью.

"Девчонка еще и дразнится. Вцепляется пальцами в мою рубашку, расстегивает пуговицы, сминает ткань и стягивает с плеч. Прижимается плотнее, а потом начинает целовать. Сначала по горлу губами скользит, точно пульс мой берет под контроль. После срывается ниже. Движется легкими касаниями вниз по груди. Жарко. Лихорадочно. Так, что меня на раз ведет.

А дальше она меня добивает. Тонкими пальцами скользит по моему голому животу. Ласкается, льнет, прижимаясь крепче.

– Что ты со мной вытворяешь? – рычу и губами в ее шею впиваюсь, поцелуями покрываю. – Сожрать тебя хочу, Лика. Всю. Прямо тут.

Я расталкиваю ноги девчонки в разные стороны, сам становлюсь между, притягиваю ее за бедра.

Пусть поймет. Пусть почувствует, как сильно я ее хочу.

– Глеб! – выпаливает.

Моя девочка вздрагивает, но не вырывается. Медлит, а после сама подается вперед. Ее ногти царапают мою шею.

Целую Лику. Жадно, голодно, будто в первый раз до нее дотрагиваюсь. Касаюсь ее и только сильнее распаляюсь.

– Моя Лика, – шепчу.

Покрываю поцелуями ее лицо. Я знаю каждую черту наизусть, но сейчас тянет прорисовать заново, повторить линии ртом.

А потом срываюсь ниже. От виска к шее, да так, чтобы уткнуться в ямку между острыми ключицами. Шумно втягиваю аромат.

Горячо. Блядь. Живот кипятком обдает. Хер болезненно ноет.