Мало того, мечта антрополога, наделенная огромными кожистыми крыльями, тоже вооруженными когтями, опиралась на них, как на вторую пару лап.
Если она развернет крылья полностью, каждое будет минимум метра два, да еще и концы угрожающе торчат. Небольшую лысую голову птицы совсем не украшает внушительный, причем клыкастый метровый клюв. Тело доисторического монстра покрыто поблескивающим хитиновым зеленым покровом, как у майского жука. Такие же, только более мелкие пластинки покрывают короткие мощные лапы… птицедракона.
"
"Боже, когда же это кончится?! Я снова боялась не то что пошевелиться – дышать, чтобы не привлечь внимание. На мою удачу, очередная кошмарная тварь, кажется, охотилась! Сообразив, что ей до меня нет дела, я судорожно вдохнула, глядя, как она, припадая на «задние» лапы и перебирая огромными когтистыми отростками на крыльях, подбиралась к зверюшке, откуда-то взявшейся на берегу.
Птерозавр почти настиг ничего не подозревающую жертву, занес над ней коготь-вилку, явно собираясь насадить ее, – а мелкая мохнатая зверюшка стремительно рванула прочь.
Ой, почему-то всего метра на два удрала! Мои глаза наверняка напоминали размерами блюдца после того, как я заметила, что добыча птерозавра служит скорее приманкой, привязанной за лапку к веревке-лиане. И ее кто-то дергает за лиану, словно мышку на веревочке.
Птица-охотница азартно рванула к «мыши». Та вновь ускользнула в последний момент, а меня будто черт дернул вскрикнуть. Крылатое чудище мгновенно утратило интерес к зверюшке и наставило на меня огромный клыкастый клюв, ощерившись в смертельно опасном оскале.
Ясное утро и шум водопада нарушил угрожающий птичий крик. Я тоже завопила и вскочила с лежака, готовая сорваться в бега.
В следующий миг из-за моей спины вылетел камень и ударил птерозавра в грудь, следом за камнем передо мной словно с неба прыгнул Арш. Он ловко перекатился и запустил в голову птерозавра вторым булыжником. Мои ноги подогнулись, и я плюхнулась обратно на лежак.
– Не бойся, единственная, я с тобой, – напугал до икоты Джар, положив руку мне на плечо.
Кто бы сомневался, что я опять представляла собой жалкое зрелище, сжавшись от страха, с трясущимися губами, потому что опекун, окинув меня озабоченным взглядом, присел рядом, привлек к себе и повинился:
– Прости, Таяна, лош неожиданно появился на горизонте. Мы решили не упускать крупную добычу. Пока ты спала, думали поохотиться и закончить до твоего пробуждения.
