Единственные

Сколько бы раз она ни говорила себе, что сильная, что у неё есть, ради кого жить, что необходимо двигаться дальше, и она обязательно со всем справится, иногда на неё накатывала усталость, граничащая с отчаянием. Когда из-за слабости, малодушия хотелось переложить часть проблем на другого.

И просто поспать.

Полную ночь.

Часов шесть хотя бы.

Поэтому, при появлении Захара, слабость в ногах усилилась.

- Нет, - она качнула головой и прикусила нижнюю губу, почувствовав, как предательские слезы подобрались слишком близко.

Волгарский больше ничего не сказал. По-хозяйски отодвинул Лану в сторону и вошёл в спальню.

- Давай его мне.

Сразу стало тяжелее дышать. Захар снова стоял непозволительно близко к ней, и она чувствовала исходящее от его кожи тепло. Когда в последний раз в её спальне ночью находился мужчина? Да ещё и в таком домашнем виде.

- Не пойдет, - устало произнесла Руслана, гоня ненужные мысли прочь.

Богдан приподнял голову, открыл полусонные глаза и так же полусонно улыбнулся.

- Вот это мы сейчас и проверим.

Мужчины не дали ей возможности вставить и слово. Один - большой протянул руку, властно и уверенно перехватывая Богданчика, второй - маленький преспокойно к нему пошёл, не издав ни единого протестующего звука.

- Парень, ты хулиган, - Захар улыбнулся и подул на макушку ребенка, отчего волосики забавно приподнялись.

Улыбка необычайно шла Волгарскому, смягчала острые, жесткие черты его лица, делая мужчину более доступным для понимания и восприятия.

Лана не знала, что делать дальше.

- Вот так лучше, - Захар поцеловал его в лоб, а сердце Ланы скатилось в область живота.

Ей даже на мгновение показалось, что она стала свидетельницей чего-то запредельно интимного.

Общение отца и сына.

То, чего был всегда лишен Богданчик.

Каждый день.

Да, не по её воле… Так получилось.

Но лишен.

Пока она соображала, как да что, пытаясь не расплакаться, Захар поднял голову, оторвавшись от сына, и посмотрел на Лану.

- А ты что стоишь? Иди спать.

- Что? – вопрос сорвался с губ машинально.

- Спать иди, говорю, - повторил Захар и снова улыбнулся.

С ней сейчас общается тот самый Волгарский? Она не ошиблась? Или в полусонном тумане, под покровом ночи реальность исказилась?"

"А потом мужской взгляд скользнул вниз. Прошелся по её плечам, груди, бедрам и ногам. Осмотрел всю её с ног до головы.