Онлайн-библиотека книг
Утром, когда завозился Богдан, Захар проснулся первым. Лана же просыпалась тяжеловато. Он видел, как она протяжно вздохнула, прощаясь с остатками сна, отчего её грудь призывно поднялась и опустилась. Во сне майка задралась, оголяя нежную кожу небольшого мягкого животика. И всё-таки больше внимания привлекала набухшая от молока грудь.
Дыхание невольно участилось, член в штанах, и так стоявший по утру, дернулся к животу. Возбуждение накрыло с новой силой. Захар не мог не вспомнить, как он уже видел довольно интимный процесс кормления у себя в кабинете.
Но сейчас, противореча самому себе, затаил дыхание и ждал, что будет дальше.
Сын проголодался и уже полез к маме.
Захару приходилось сдерживать себя, чтобы сохранять видимость спокойствия. А у самого внутри разгорался пожар.
Картина, что открывалась перед его глазами, была настолько интимно-нежной, что у него запершило в горле.
Руслана чуть-чуть оголила грудь, и ротик Богданчика сразу же сомкнулся на соске. Малец довольно зачмокал, для удобства обхватив мамину грудь руками, чтобы уж наверняка.
С самим Захаром происходило нечто невероятное. Он надеялся, что снова в ближайшее время поприсутствует при кормлении.
Лана была восхитительна с утра, полусонная, с растрепанными волосами. В постели. Рядом с ним. А он не имел права к ней прикоснуться.
Не удержавшись, Захар всё же протянул руку и осторожно погладил спину сына.
- У тебя много молока?
Вопрос был провокационным.
Как и все, что происходило между ними здесь и сейчас.
Лана медленно подняла голову и посмотрела на него. Щеки у девушки покрыл легкий румянец, очень идущий ей.
- Хватает.
Захар с трудом сглотнул.
- У меня к тебе вопрос…
- Да, я слушаю.
- А ты хотела бы попробовать покормить Алёшу?
Его вопрос вызвал ожидаемую реакцию. Сначала Руслана напряглась, в её глазах мелькнула растерянность, потом девушка в защитном жесте приобняла Богдана.
- Он не возьмет грудь…
Сказала тихо-тихо.
