Единственные

Что ж, я уделю вам пару минут, раз вы постарались настолько, чтобы попасть ко мне в офис и сделать так, чтобы мы якобы случайно встретились у кабинета. Прошу.

Он быстро вернулся и распахнул перед Ланой дверь кабинета, обдав девушку на этот раз легким ветерком от порывистых движений. У Ланы, стоило мужчине приблизиться, обострились инстинкты самосохранения и, несмотря на то, что она готовилась к встрече, искала её, сейчас все они кричали: «беги».

Лана шагнула вперед, прошла в кабинет и не обратила внимания, как за ней захлопнулась дверь, и раздался легкий щелчок.

- Итак, что вы мне хотели сказать? И да, представьтесь.

Мужской голос за спиной прошелся по и без того натянутым нервам девушки.

Такие кабинеты, как у Волгарского, ей доводилось видеть только в фильмах. Большой, с панорамными окнами, с тяжелым столом из красивого дерева. Несколько картин в черно-белых тонах. Удобный черный кожаный диван. Столик перед ним. Пара кресел. Дорогой паркет на полу. Всё, чтобы продуктивно работать.

Прокашлившись, Лана обернулась.

Что сразу бросилось в глаза – Захар Волгарский проходить за стол или к тому же дивану не собирался. Встал, облокотившись плечом на дверь и смотрел на неё слишком пристально.

- Я хотела бы сразу извиниться за то, что отрываю вас от дел, - Лана постаралась максимально сохранять дружелюбно-деловой тон и не обращать внимания на давящую ауру мужчины. Ничего, не с такими сталкивалась. Она обычно не робела перед мужчинами, не было нужды и повода. Но Волгарский производил на неё странно давящее впечатление.

Возможно, она так его воспринимала из-за волнения, с которым не удавалось справиться и которое сейчас хлесталось внутри крови.

- Вот и не отрывайте далее. Говорите по делу.

Его глаза холодно блеснули.

Лана заломила руки, с силой сжав кисти.

- Моего сына зовут Богдан, ему один год и два месяца…

- Я рад за вас, - неучтиво перебил её Волгарский. На его скулах заходили желваки. – Не понимаю, зачем вы мне говорите эту информацию.

- Вашему сыну, Алексею, столько же и…"

"Она больше ничего не успела сказать, потому что Волгарский оказался рядом.

Слишком близко и быстро, чтобы она успела как-то отреагировать. Мгновение – и её шею сжимают крепкие мужские пальцы. Недостаточно сильно, чтобы перекрыть доступ кислорода, но достаточно основательно, чтобы напугать её.

Лана как бы со стороны видела себя: невысокую, даже благодаря сапогам на каблуках, и его, едва ли не гиганта по сравнению с ней.