Единственный...

Мою женщину больше никогда и никто не тронет.

Кириан говорил ровно и спокойно, но было в его голосе и словах нечто такое, что заставляло вздрогнуть. Жажда крови, скрывающаяся в Агеластосе. Мощная, но правильно контролируемая. Его жесткость и его строгость. То, что делало из него уже не парня, а мужчину.

Глава 23 Игры

Ладонь Кириана скользнула по моей шее и он вновь еле ощутимо провел большим пальцем по щеке, после чего своими губами прикоснулся к моим. Легкий поцелуй, но до безумия будоражащий. Пропускающий по моему телу угольки и покалывающую дрожь.

Я замерла. Не могла пошевелиться и даже, кажется, не дышала, но, когда Кириан отстранился, я посмотрела в его голубые глаза. Такие знакомые и до безумия красивые. Действующие на меня как какое-то сверхъестественное заклинание, подчиняющее душу. Но в руках Агеластоса она вновь оживала. Будто взлетала.

— Расскажи, что происходило в твоей жизни пока мы не виделись. Что тебе рассказала та подруга, — его губы вновь коснулись моих. — Я хочу знать все.

— Сначала скажи, почему ты был в больнице, — тихо прошептала. Всматривалась в лицо Кириана и уже теперь оно казалось мне таким бледным.

— Сейчас не это важно, — повторил он, но я отрицательно качнула головой.

— Скажи. Иначе я не отстану.

Несколько бесконечно долгих секунд Агеластос неотрывно смотрел на меня, но потом отвел взгляд в сторону и шумно выдохнул. Взял мою руку и положил себе на спину. Там, под тканью одежды я ощутила нечто странное. Лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд поняла, что это были бинты.

— Что?.. Что произошло? — губы мгновенно пересохли и тело будто бы онемело. Сознание сковало и я, широко раскрыв глаза, посмотрела на Кириана.

— Уже все хорошо. Раны затянулись.

Я видела, что Агеластос не хотел разговаривать об этом. Будто не считал нужным, а у меня в груди все переворачивалось от волнения.

Последние месяцы я ненавидела Кириана. Считала, что он предал меня и сразу же нашел себе другую девушку. Развлекался с ней. Я вообще много чего надумала, но сейчас в груди все трещало и душа рвалась в клочья от боли.

Я хотела закрыть глаза и обнять Агеластоса. Прижаться к нему и лицом уткнуться в его рубашку.

Мысли прервались внезапным звуком. Кто-то позвонил в дверь. Долго и настойчиво.