Единственный...

— Мне легче поцеловать тебя и хорошенько облапать, чем принять то, что мне запрещено это делать, — Кириан подхватил меня на руки и осторожно усадил на переднее пассажирское сиденье, после чего закрыл дверцу.

— Ты только что прикоснулся ко мне, — я недовольно посмотрела на Кириана, когда он сел в машину.

— Я случайно.

— Еще одна такая случайность и я откажусь от отношений с тобой, — я скрестила руки на груди и отвернулась к окну. На самом деле, мне, проклятье, хотелось прикосновений Кириана, но стоило ему даже просто подойти слишком близко, как мой разум тут же мутнел и я ощущала себя так, будто в голове отключалась функция «здраво размышлять», а сейчас мне это требовалось как никогда ранее.

Я больше не спрашивала, куда мы едем, но внимательно смотрела в окно. Позже поняла, что мы въехали в Глифаду. Я с интересом рассматривала небольшие белые домики с прямыми крышами и растущие рядом с ними оливы и померанцы. Почему-то вспомнила о том, как пару лет назад на недельку приехала к бабушке в Филотею. Будучи там сдружилась с парнем по имени Кортес.

Он только приехал в Грецию и, наверное, я никогда не забуду, какими глазами он смотрел на то, как детвора играла в футбол плодами померанца.

Тогда Кортесу вообще было удивительно, что у нас вот так на улице росли апельсины и вместо того, чтобы собирать их и есть, дети апельсины пинали ногами.

«Это не апельсины. Они не вкусные» — сказала ему, стараясь говорить более четко, так как парень еще плохо знал греческий язык, но потом из окна домика моей бабушки, увидела, что Кортес все же решил попробовать плод померанца и потом вовсю плевался.

Я тогда накрыла лицо ладонью и мысленно выругалась. Наверное, мне следовало более четко объяснить, что это, проклятье, не апельсин и вместо слова «невкусный» использовать «несъедобный». Они у нас росли исключительно, как декоративные деревья и от них, максимум, использовалась сушенная кожура в кондитерских изделиях. Кажется, померанец еще брали в медицину, но в это я уже не была уверена. Для меня главным был запах этого дерева.

Тепло лучей жаркого солнца, цитрусовый аромат померанца и солоноватый запах моря. Волшебство в каждом вдохе и прожитой секунде.

Я так сильно задумалась, что не заметила того, как мы остановились.

— Приехали, — Кириан вышел из машины и открыл передо мной дверцу. Ко мне не прикасался, но подождал, пока я выйду из машины.

Я сразу оглянулась и увидела небольшой ресторанчик, находящийся на берегу Сароникоса. В нем веяло теплотой и уютом.