Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)

Забыть руки, что так ласково касались, забыть прохладные губы, дарящие надежду, забыть расплавленное серебро его взгляда.

В горло впиваются острые когти отчаяния, не позволяя мне сделать новый вздох. И когда я начинаю надеяться, на спасительную потерю сознания, меня снова грубо дергает охраняющий гвардеец.

— Не смейте выкидывать, какие-нибудь фокусы, айтесс. Стойте спокойно и улыбайтесь.

Глава 50. Его невеста

Эдеррион.

Я отпускаю руку Бринны, даже не взглянув на неё. Всё моё внимание обращено на брата.

Его спектакль был затеян ради Дэниэллы. Значит, она должна быть где-то здесь, в этом море людей. Я догадываюсь, каким будет следующий шаг Дэймэллиана.

— Ваше высочество! — Бринна хватает меня за рукав. — Разве вам не положено пригласить на танец свою невесту?

— Дорогая, я хорошо помню наш последний разговор. Поверьте, я уважаю ваши чувства, поэтому танец с вами не входит в мои планы. — В памяти всплывает искаженные недовольством губы Бринны и моя протянутая к ней рука. Когда-то я наивно считал, что ухаживания за потенциальной невестой внесут в наши отношения уважение и толику тепла.

Я ошибался.

— Вы не так меня поняли, ваше высочество! Я… я была крайне смущена и не хотела говорить тех слов, о которых давно сожалею. — Фальшь ее сожаления можно резать ножом. — Кстати, отец упомянул накануне, что ваш дар могут запечатать.

Похоже Бринна уповает именно на такой исход. Поэтому так осмелела и даже не отдернула руку, когда наследник передал мне её.

Дар Хаоса — темная часть меня, моё проклятье и моя сила.

Они глупцы, если рассчитывают так легко ослабить меня. Это означало бы подвергнуть риску защиту Империи от гиблой энергии разломов. Неужели эти безумцы не видят дальше своего носа?

Бринна, всё ещё цепляется за мой рукав. А наследник, как назло, не торопиться искать Дэниэллу. Мог ли я ошибиться в его намерениях?

— Ваше высочество! — шипит на ухо Бринна, — наш танец. Гости ждут!

Танец… может, именно этого ожидает Дэймэллиан? Ладно, братец, этот шаг за тобой.

Я беру руку Бринны, чтобы помочь ей спуститься с широкого пьедестала на паркет."

"Я не танцевал с девушками много лет, с тех пор как открылся мой дар, а лицо исказили уродливые шрамы. Чувствую себя странно и непривычно, но никому не позволю заметить этого. Делаю вид, что увлечен той, что прочат мне в жены.

Когда-то Бринна казалась мне воплощением красоты. Её тело, лицо и грация притягивали к ней внимание мужчин и вызывали зависть женщин.