Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)

Очень хочется кого-нибудь придушить, но его сиятельное высочество занят…

Допиваю бокал вина и иду в кабинет. Вызываю старшего смотрящего над гвардией. Отдаю необходимые распоряжения. Сообщаю, что выдвигаемся рано утром и отправляюсь к себе.

***"

"К моменту, когда я добираюсь до собственных дворцовых покоев за окнами уже начинает светать. Густые сумерки разбавляет серый туман, обещающий сырость и холод. Камин горит ярко, его живое пламя освещает комнату, позволяя полюбоваться на дорогие картины и книги в кожаных переплетах.

Мягкая постель ласково принимает в свои объятия. Закутываюсь с головой. Тихо. Спокойно. Наконец-то. Лишь в камине потрескивают дрова. Наслаждаюсь этим звуком. Мои комнаты — самые утепленные во дворце и здесь должно быть жарко, но я этого не ощущаю.

Про́клятый дар тянет из меня силу, изматывает, заставляя дрожать под несколькими одеялами. Мне холодно… Чтобы восстановиться, мне нужно то же питание, что и гиблой силе — свет разума. Сладкая энергия сознания. И человеческое сознание в разы более питательно, чем энергии сознания животных.

А растения, и вовсе, дают лишь жалкие крохи, которыми невозможно насытить Хаос внутри. Но и животных потребовалось бы много… Мне ведь даже не обязательно их убивать, лишь потянуть какое-то время энергию. Главное — вовремя остановиться. Возможно, они даже не сойдут с ума…

Нет. Не хочу. Я не стану превращаться в монстра. Нет…. Просто вечный холод внутри — изматывает. Моему разуму Хаос не причиняет вреда. А вот из тела тянет резервы. Но маги живут долго.

А я очень сильный маг. Усмехаюсь. Кутаюсь ещё плотнее и, наконец, засыпаю.

Глава 2. Стерпится-слюбится?

Дэниэлла. Селение Шиасс. Северные территории.

До нашего селения добираюсь лишь к ночи. При свете луны едва различаю дорогу. Ноги уже не держат. Шагаю на одном упрямстве.

Замечаю, как навстречу движется фигура. Мужчина. Слишком темно, чтобы разглядеть кто это. Неприятное волнение подкатывает к горлу, вонзаясь в меня острыми когтями. Делаю несколько глубоких вдохов и опускаю ладонь на рукоять кортика.

— Долго же ты сегодня.

Сарид. Внук старосты. Вот же ррахи, что ему от меня сейчас нужно? Ничего хорошего для меня уж точно. Продолжаю идти, мысленно посылая ему пожелания недельной слабости желудка. Посидит в отхожем месте подольше, хоть не до меня будет.

— Что ж ты молчишь, не рада разве, что тебя встречаю?

Вспоминаю ещё несколько неприличных слов, подслушанных у кузнеца. Затем натягиваю улыбку, и цежу сквозь зубы:

— И тебе благого вечера, Сарид.